Весь сор в одной избе

Библиотека компромата

Кокаиновая дипмиссия Андрея Ковальчука

Как аферист со связями в МИДе открыл при посольстве России в Аргентине перевалочную базу для наркотрафика

Оригинал этого материала
© dossier.center, 22.09.2020, Дело о посольском кокаине, Фото: ТАСС, via dossier.center, Иллюстрации: via dossier.center

Введение

В конце февраля 2018 года одной из самых обсуждаемых новостей в России стало заявление министра внутренних дел — причем вовсе не Владимира Колокольцева, а его аргентинской коллеги министра безопасности Патрисии Буллрич, которая опубликовала в своем твиттере видеозаписи изъятия почти 400 килограммов кокаина из российского посольства в Буэнос-Айресе. Крупный вес находки и участие дипломатического представительства обещали стать громкой историей, однако два года спустя публике известны лишь разрозненные подробности дела, а следствие обеих стран, похоже, так и не смогло найти ни заказчиков, ни производителей крупной партии наркотиков.

В распоряжении Центра «Досье» оказались материалы официальных уголовных дел России и Аргентины (в том числе аудиозаписи 402 часов телефонных переговоров из материалов аргентинского уголовного расследования). Мы постарались разобраться, что известно правоохранительным органам о преступлении и что могут скрывать фигуранты дела.

Андрей Ковальчук
Андрей Ковальчук
Официально российские силовики узнали о крупной партии кокаина в посольстве в ноябре 2016 года — именно тогда завхоз диппредставительства Игорь Рогов рассказал помощнику посла по безопасности Олегу Воробьеву о 12 подозрительных чемоданах, спрятанных в гараже посольской школы. Воробьев вскрыл чемоданы и, обнаружив в них брикеты с веществом белого цвета, поспешил сообщить о находке послу Виктору Коронелли, а тот, в свою очередь, сразу же оповестил ФСБ. После пары недель раздумий российская сторона обратилась к аргентинским коллегам — так началось совместное расследование о контрабанде кокаина. Правоохранительные органы почти год прослушивали телефоны главных фигурантов дела — таинственного россиянина Андрея Ковальчука, которого многие считали влиятельным силовиком, аргентинского полицейского Ивана Близнюка и его друга Александра Чикало.

Наконец в декабре 2017 года в рамках спецоперации ФСБ чемоданы были доставлены в Москву на спецборте секретаря Совета безопасности Николая Патрушева.

12 декабря 2017 года следствие задержало партнеров Андрея Ковальчука — Владимира Калмыкова и Иштимира Худжамова, которые пытались получить чемоданы на базе МИД РФ. В тот же день был задержан бывший завхоз посольства Али Абянов, который завез чемоданы в посольскую школу. В феврале 2018 года в Аргентине задержали Ивана Близнюка и Александра Чикало — следствие считает их соучастниками преступной группы под руководством Андрея Ковальчука. Самого Ковальчука арестовали в Германии в марте 2018 года и через несколько месяцев экстрадировали в Россию.

Сейчас четверо фигурантов российского дела — Андрей Ковальчук, Али Абянов, Владимир Калмыков и Иштимир Худжамов — находятся в московских СИЗО. Слушания по их делу проходят в закрытом режиме.

Александр Чикало и Иван Близнюк сидят в тюрьме Маркос-Пас в Аргентине.

Основные выводы
Официальные расследования правоохранительных органов Аргентины и России являются неполными и предвзятыми.
Андрей Ковальчук, которому принадлежали 12 найденных в посольстве чемоданов, почти 10 лет беспрепятственно проходил на территорию различных дипломатических учреждений, военных баз и Министерства иностранных дел. Все это время он представлялся то силовиком, то дипломатом, то предпринимателем, а его собеседники — военные и сотрудники МИДа — сообщали ему закрытую информацию и выполняли его просьбы. По версии следствия, ловкий мошенник Ковальчук годами обманывал различных госслужащих, а они никаким образом не проверяли его слова. Судя по всему, никто из «обманутых» Ковальчуком чиновников не привлекался к какой-либо ответственности за раскрытие ведомственной информации и возможное участие в контрабандистских схемах. Следствие либо «прощает» чиновникам и военным их некомпетентность, либо скрывает истинные отношения Ковальчука с должностными лицами и спецслужбами. При этом Ковальчука экстрадировали из Германии под видом гражданина России, хотя незадолго до этого выяснилось, что гражданство он получил незаконно и на самом деле являлся апатридом.
Из материалов дела следует, что до обнаружения кокаина Ковальчук не раз обращался к сотрудникам посольства с просьбой о помощи в отправке чемоданов из Аргентины в Россию по дипломатическим каналам. Что в них было — не известно. Одновременно Ковальчук дарил сотрудникам посольства бутылки коньяка, сигары и дорогой шоколад, а за отправку чемоданов давал деньги. Кроме того, Ковальчук использовал дипломатическую почту для отправки крупных посылок из России в Аргентину. Что в них находилось, также не ясно.
Следствие не стало разбираться, как кокаин оказался в Аргентине, кому он предназначался и были ли 300 килограммов в посольстве единственной партией — известно, что где-то в Уругвае находился еще один «груз» весом 200 килограммов. Остается загадкой, как вообще у Ковальчука оказалась такая крупная партия наркотиков — она должна была стоить несколько миллионов долларов. Деньги на аренду частного самолета, на котором Ковальчук пытался доставить кокаин в Европу, давали некие «бельгийцы», а конечным получателем, возможно, был абонент с голландским номером телефона, однако следствие не пыталось выяснить, кто это.
Сам кокаин правоохранительные органы Аргентины сожгли еще до завершения расследования, причем без должной санкции суда. Вина главных фигурантов аргентинского дела — полицейского Ивана Близнюка и его друга Александра Чикало — выглядит как минимум плохо доказанной. Как следует из прослушек, приобщенных к материалам дела, Ковальчук попросил Близнюка помочь ему избежать досмотра чемоданов в аэропорту Буэнос-Айреса. По словам Ковальчука, в чемоданах были шкуры морских котиков. При этом Близнюк, узнав, что в посольстве России хранятся чемоданы с контрабандой, сразу же сообщил об этом заместителю посла по безопасности Олегу Воробьеву. Вместе с тем именно на основании показаний Воробьева, который сам поддерживал тесное общение с Ковальчуком, строится обвинение против Близнюка и Чикало.
Эксперты и участники обоих процессов, опрошенные Центром «Досье», сходятся во мнении: спецслужбы и правоохранительные органы России и Аргентины могли вступить в сговор, чтобы снизить политическую значимость инцидента и избежать сложного и полного изучения всех аспектов дела, а также скрыть возможную роль высокопоставленных российских и аргентинских чиновников в контрабанде наркотиков.

Действующие лица

Иван Близнюк
Дата рождения
11.09.1982
Гражданин России и Аргентины, проживает в Аргентине с 1998 года.
Из оперативной справки ФСБ: «Работает субинспектором полиции Буэнос-Айреса, отвечает за сотрудничество с посольством России, глава частной охранной фирмы «Полимар», отвечает за безопасность посольства России и русской школы в Аргентине. Ковальчук попросил его помочь с организацией перевозки груза в аэропорт без контроля и с получением нужных связей в правоохранительных органах Аргентины».

Александр Чикало
Дата рождения
01.01.1980
Гражданин России и Аргентины, проживает в Аргентине.
По мнению аргентинского следствия, Чикало помогал Андрею Ковальчуку в Аргентине и участвовал в упаковке чемоданов с наркотиками.
21 февраля 2018 года был арестован в Аргентине. В настоящее время находится под следствием.

Андрей Ковальчук
Дата рождения
10.12.1968
Лицо без гражданства. По утверждению прокуратуры РФ, проживал в Германии на основании резидентской визы. Был экстрадирован в Россию в качестве гражданина РФ.
Согласно правоохранительным органам РФ и Аргентины, Ковальчук был организатором поставок кокаина из Аргентины.
В настоящее время в находится в следственном изоляторе № 5 («Водник») города Москвы.

Али Абянов
Дата рождения
17.07.1970
Гражданин России.
Из оперативной справки ФСБ: «До 2016 года был главой административно-экономического отдела посольства России в Аргентине. По просьбе Ковальчука летом 2016 года он поместил чемоданы Ковальчука в здание школы Посольства и приказал их упаковать. С его помощью Ковальчук пытался познакомиться с новым главой отдела И. П. Роговым. Возможно, что он знает, что в чемоданах».

Владимир Калмыков
Дата рождения
25.09.1964
Гражданин России, регистрация в Москве.
Из справки ФСБ: «Предложил 250 тысяч евро наличными, чтобы помочь Ковальчуку оплатить частный самолет компании Jet Handling LTD, который вылетал с 16.10.2017 по 19.10.2017 по маршруту через следующие города: Пальма де Майорка — Тенерифе — Форталеза — Буэнос-Айрес — Форталеза — Агадир — Рига. На этом самолете Ковальчук планировал перевезти «груз». Знает от Ковальчука о содержании груза».

Иштимир Худжамов
Дата рождения
10.04.1989
Гражданин России, регистрация в Москве.
Из справки ФСБ: «Вместе с Калмыковым участвовал в переговорах об увеличении доходов от инвестированных денег. Был послан Калмыковым в качестве пассажира вышеупомянутого рейса и для контроля над действиями Ковальчука на время его пребывания в Аргентине».

Константин Лоскутников
Олег Воробьев
Игорь Рогов
Николай Шелепов
Герасим Войцеховский
Хорхе Леонардо Голованов
Ирина Кузьменко
Виктор Коронелли
Владимирс Андреевс
Гатис Лужа
Андрейс Островскис
Патрисия Буллрич

Хронология Событий​

на основании материалов аргентинского и российского уголовных дел, свидетельских показаний и прослушек телефонных переговоров

2011–2015 годы — Предыстория

В августе 2011 года в российском посольстве в Буэнос-Айресе появился новый глава административно-экономического отдела, или попросту завхоз, — Али Абянов. Где-то через год ему позвонил неизвестный, представившийся сотрудником службы безопасности посольства России в Германии Андреем Ковальчуком. Вскоре он приехал в Аргентину и после личного знакомства с завхозом попросил подбросить его в аэропорт на посольской машине. Возле трапа самолета Ковальчук забрал из машины Абянова свои вещи, но оставил один чемодан весом 25–30 килограммов, в котором, по его словам, находились вино, кофе и печенье. Новый знакомый дал завхозу 1 000 долларов и попросил отдельно отправить этот чемодан в Россию. Как позже расскажет следствию Абянов, он поверил Ковальчуку на слово и открывать оставленный ему багаж не стал. В конце 2012 года он отправил его российским грузовым самолетом из аэропорта Монтевидео (Уругвай) в Москву — о предстоящем вылете борта ему сообщил Ковальчук.

В 2013 году Ковальчук посетил Аргентину трижды, причем уже с новой легендой: теперь в посольстве его считали сотрудником «Газпрома». В то время он пользовался электронной почтой под именем «Gasprom Kovalchuk Andrey».

Compromat.Ru: 68056

В одну из поездок тогдашний помощник посла по безопасности Николай Шелепов познакомил Ковальчука с Иваном Близнюком — полицейским, который занимался охраной российского посольства, был начальником отдела международного полицейского сотрудничества полиции Буэнос-Айреса и отвечал за координацию зарубежных мероприятий в Высшем институте общественной безопасности.

Из свидетельств Близнюка:
«Шелепов сказал, что в посольство приходил человек (речь идет о Ковальчуке — прим. Центра «Досье»), по поводу которого ему звонили из департамента безопасности Министерства международных отношений (или какой-то другой организации, к которой принадлежал Шелепов) и которого было бы очень интересно представить. Этот человек что-то узнавал для «Газпрома» о приобретении здания в Буэнос-Айресе для их штаб-квартиры, и ему нужен был кто-то, кто мог бы ему в этом помочь. Поэтому Шелепов пригласил меня выпить пива в бар и там представил нас друг другу».

Из показаний Николая Шелепова:
«Хочу уточнить, что среди сотрудников полиции Аргентинской Республики значился Близнюк Иван, который работал в охране посольства РФ в Аргентине. Так как мне было известно о том, что Близнюк мечтал трудоустроиться в «Газпром», то я ему рассказал о том, что в Аргентине находится Ковальчук, который проводит проверку целесообразности приобретения «Газпромом» исторического здания в центре г. Буэнос-Айреса».

Несколькими днями позже вдохновленный мыслями о «Газпроме» Близнюк познакомил Ковальчука со своим другом Александром Чикало. На встрече будущие фигуранты уголовного дела обсуждали русскоговорящую диаспору Аргентины, с которой хотел наладить отношения приятель Ковальчука — глава российско-немецкого Клуба русских православных меценатов Константин Лоскутников, известный также как барон фон Босснер. Однако тогда сотрудничество, судя по всему, не сложилось — в следующий приезд Ковальчука в Аргентину они не встречались.

Одновременно с этим Ковальчук продолжал развивать отношения с завхозом Али Абяновым: в 2014 году он приехал в Аргентину и оставил ему на хранение еще два чемодана с вином, кофе и печеньем, на этот раз попросив их специально упаковать. «Ковальчук также перед отправкой в Россию указал мне о необходимости специальной упаковки чемоданов с помощью бумаги, бечевки и сургучной печати. Обычно так упаковывается дипломатическая почта, которая не подвергается досмотру», — отмечал Абянов. По словам завхоза, тот факт, что за каждый отправленный чемодан Ковальчук платил по 1 000 долларов, наводил его на мысли о том, что в них могут быть «запрещенные вещества». Тем не менее Абянов решил не проверять содержимое багажа и, как и в прошлый раз, отправил оба чемодана из Уругвая в Россию военно-транспортным самолетом РФ.

В 2015 году пути Ковальчука и Близнюка снова пересеклись — на этот раз уже в России. По приглашению МВД РФ в Москву отправилась делегация полицейских из Буэнос-Айреса, среди которых был Иван Близнюк. После завершения официальных мероприятий гости решили посетить Санкт-Петербург и попросили Близнюка помочь с организацией поездки. Тот сообщил о намерениях аргентинцев первому секретарю посольства России в Аргентине Николаю Шелепову, который обратился за помощью к Андрею Ковальчуку. Он, в свою очередь, свел Близнюка с Константином Лоскутниковым (бароном фон Босснером), располагавшим обширными связями в Петербурге. Барон помог Близнюку устроить прием делегации, прокатил аргентинских полицейских на кораблике по рекам и каналам, а также подарил им коньяк, шоколад и сигары фирмы Bossner.

Compromat.Ru: 68057
Авиаперелеты Андрея Ковальчука
В том же 2015 году Ковальчук еще дважды посетил Аргентину, но чем он там занимался — не известно.

2015–2016 годы — Закладка чемоданов

В конце 2015 года Ковальчук прилетел в Аргентину в третий раз. По уже устоявшейся традиции он оставил завхозу Али Абянову 2 000 долларов и два чемодана, которые тот спрятал в гараже посольской школы. На этот раз мы точно знаем, что в них не было ни вина, ни кофе, ни печенья. Два чемодана стали первыми из тех 12, в которых годом позже обнаружат брикеты с кокаином.

Примерно тогда же в посольстве сменился советник посла по безопасности: вместо приятеля Ковальчука Николая Шелепова им стал Олег Воробьев. Вскоре Ковальчуку представился случай наладить деловые отношения и с ним: в феврале 2016 года с ответным визитом в Аргентину прилетела делегация российских полицейских. На устроенном в честь прибытия силовиков приеме в посольстве оказался Ковальчук, которого завхоз Абянов представил новому «безопаснику» Олегу Воробьеву — на этот раз как сотрудника департамента безопасности российского МИДа. Ковальчук передал Воробьеву привет от его предшественника Шелепова и, по-видимому, убедил «безопасника» в достоверности своей легенды — из материалов дела не следует, что Воробьев пытался разобраться, кем на самом деле является Ковальчук, как он попал на закрытый прием и почему высокопоставленного сотрудника МИДа ему представляет завхоз. После знакомства Ковальчук и Воробьев стали общаться и созваниваться, причем место службы Ковальчука в это время опять «сменилось»: теперь он рассказывал, что работает в берлинском представительстве Россотрудничества. Как позже признавался следствию Воробьев, документов Ковальчука он не видел и поэтому не мог проверить правдивость его слов.

Из допросов свидетеля Олега Воробьева от 02.12.2017 и 07.12.2017
(здесь и далее орфография и пунктуация сохранены — прим. Центра «Досье»)
Допрос Олега Воробьева от 02.12.2017:
«Относительно личности Ковальчука А.Ф. могу пояснить следующее. Впервые я познакомился с ним в феврале 2016 г. на приеме в Роспосольстве в г. Буэнос-Айресе по случаю визита делегации МВД России во главе с заместителем Министра внутренних дел России Зубовым с участием многочисленных представителей местных (аргентинских) правоохранительных органов. В то время Ковальчук А.Ф. был мне представлен завхозом Абяновым А.А., как сотрудник Департамента безопасности МИД России. При этом Ковальчук А.Ф. передал привет от предыдущего помощника Посла по безопасности, завершившего командировку в Аргентине в конце августа 2015 года. В ходе беседы с Ковальчуком А.Ф. у меня сложилось мнение, что он действительно знаком с предыдущим сотрудником Роспосольства, называл известные мне фамилии и имена действующих сотрудников МИД России».
Допрос Олега Воробьева от 07.12.2017:
«В настоящее время я хочу добавить, что при знакомстве с Ковальчуком он мне представлялся в разных должностях. В феврале 2016 г. при моем знакомстве с ним, Ковальчук, как я ранее говорил: представился сотрудником департамента безопасности МИД России. Затем, уже в марте 2016 г., Ковальчук сообщил мне, что переходит в «Россотрудничество» (федеральное агентство по делам содружества независимых государств соотечественников, проживающих за рубежом) международного гуманитарного сотрудничества) при МИД России. <…>
Далее в телефонных разговорах Ковальчук мне неоднократно говорил, что уже является сотрудником представительства «Россотрудничества» в Берлине. Кем работает на самом деле Ковальчук и где, я не знаю, каких-либо документов, подтверждающих его профессиональную деятельность, я не видел».
Ознакомиться с полным текстом первой и второй части допроса

Весной и летом 2016 года Андрей Ковальчук еще несколько раз прилетал в Аргентину, заходил в посольство, общался с Воробьевым и катался на посольской машине с завхозом Абяновым. В одну из этих поездок (как указано в материалах дела, не позднее 15 июля) на Ковальчука неизвестным следствию образом свалилось роковое богатство — 360 брикетов с кокаином. Вскоре после этого он передал завхозу на хранение еще 10 чемоданов — якобы с вином и полудрагоценными камнями — которые тот положил к предыдущим двум в гараж школы. Так 12 чемоданов с кокаином оказались на территории российского посольства. Важно отметить, что ни российское, ни аргентинское следствие, судя по всему, даже не пыталось разобраться, как Ковальчук купил кокаин, который даже в Латинской Америке стоит немалых денег — партия почти в 400 килограммов обошлась бы ему в несколько миллионов долларов. Кроме того, как отмечает эксперт Центра «Досье» из силовых структур, такое количество наркотиков нельзя просто взять и купить: отношения с торговцами кокаином должны были выстраиваться долго и постепенно. Таким образом, предполагает эксперт, Ковальчук либо давно торговал наркотиками, либо был частью более крупной группировки контрабандистов.

Из протокола допроса обвиняемого Али Абянова от 23 апреля 2019 года
«С предъявленными обвинениями я не согласен, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Так, с августа 2016 г. я все имущество в Посольстве передал моему приемнику Рогову И. П., в том числе 12 чемоданов, которые принадлежали Ковальчуку c ведома безопасников. При этом я указал Рогову номер телефона Ковальчука. Я объяснил Рогову, что это вещи Ковальчука в виде подарков высокопоставленным чиновникам, т. е. кофе, вино, сигары, т. е. для чиновников в России. 2 чемодана из 12 я получил в 2015 году, точнее не получил, а услышал о них от Шелепова, сотрудника безопасности Посольства. Когда я приехал из отпуска, мне комендант сказал, что нужно забрать два чемодана, которые у них [нрзб] оставленные Ковальчуком. Я попросил Цесара, моего подчиненного, упаковать эти чемоданы и спустить на склад. Так, Цесар выполнил мою просьбу, упаковал чемоданы и спустил на склад, где они пролежали год. Перед моим убытием домой, я достал чемоданы и привез их в школу при Посольстве, где положил их к еще 10, которые получил от Ковальчука. То есть я объединил 10 чемоданов и 2 чемодана, положив в их одно место для удобства и об этом я сообщил Рогову. Никаких мер сокрытия чемоданов, либо конспирации я не предпринимал. Хочу отметить, что Ковальчука в Посольстве все знали, и он неоднократно приходил в Посольство и принимал там участие в различных представительских приемах, в том числе он, Ковальчук, привез на прием команду МВД. Данные факты не вызывали у меня никаких сомнений в порядочности Ковальчука, поэтому я не мог подумать, что в оставленных вещах Ковальчука могут быть какие-либо запрещенные предметы».

Абянов поручил сотруднику посольства Александру Дронову упаковать чемоданы как дипломатическую почту, а потом перенес их из гаража в подсобку посольской школы. Он спрятал чемоданы среди сломанных столов, стульев, компьютеров и прочего хлама. 19 июля 2016 года контракт Абянова с посольством истек, а новым завхозом был назначен Игорь Рогов.

Еще месяц Абянов передавал преемнику дела и рабочие контакты, а за несколько дней до отъезда рассказал о Ковальчуке и его «12 коробках», добавив, что не знает, что внутри них. Особого значения Рогов этому не придал и оставил чемоданы в подсобке — дожидаться Ковальчука.

Оперативная съемка изъятия кокаина из школы при посольстве РФ в Аргентине

Долго ждать не пришлось: Ковальчук позвонил новому завхозу Рогову в октябре 2016 года, а тот сообщил детали разговора Абянову. В переписке Абянов попросил Рогова отправить свои личные вещи и чемоданы Ковальчука специальным военным бортом, который должен был прибыть в аэропорт Монтевидео в начале декабря 2016 года. По совету Абянова для организации отправки вещей Рогов безуспешно обращался то к одному, то к другому служащему посольства, в итоге дойдя до военного атташе и даже до самого посла Виктора Коронелли. Никто из них помочь не смог, а посол, согласно допросу Рогова, сказал, что не знает, кем на самом деле является Ковальчук, и не слышал ничего о его вещах. Информация о том, что на территории посольства хранятся вещи постороннего человека, судя по всему, Коронелли не заинтересовала: он не стал ничего предпринимать и впоследствии забыл упомянуть об этом разговоре на своем допросе.

Правда, как следует из материалов дела, в том же месяце ФСБ начала расследовать деятельность «международной ОПГ, участвующей в организации контрабанды наркотиков (кокаина) из стран Латинской Америки в РФ с целью их распространения в России и странах Европы (Германия, Нидерланды)». По крайней мере, так писал в своем рапорте от 13.12.2016 сотрудник ФСБ Сергей Муравьев. Одним из организаторов ОПГ в этом документе был назван Андрей Ковальчук, но установить, действительно ли ФСБ начала расследование в октябре и знала ли она о Ковальчуке уже тогда, трудно, поскольку никаких других документов об этом в материалах дела нет.

Совсем скоро планы Ковальчука изменились: он решил прилететь в Аргентину 25 ноября и забрать чемоданы самостоятельно, не дожидаясь военного борта. В намеченный день он действительно прибыл в Буэнос-Айрес и провел в городе сутки. Чем он занимался — не известно, но забрать чемоданы у него не вышло: совпадение или нет, но именно в этот день в посольстве наконец решили вскрыть загадочный багаж.

2016 год — Обнаружение наркотиков

В день, когда рейс Ковальчука приземлился в Буэнос-Айресе, завхоз Рогов обходил вверенные ему помещения посольства и снова обратил внимание на лежащие среди хлама чемоданы. В этот момент, судя по материалам дела, он впервые за четыре месяца решил рассказать о хранящихся в посольстве чужих вещах «безопаснику» Олегу Воробьеву (до этого ни ему, ни военному атташе, ни послу, ни каким-либо другим сотрудникам посольства, знавшим о чемоданах, эта идея в голову не приходила). По словам Рогова, выяснилось, что помощник посла по безопасности тоже не знает, кем является Ковальчук (хотя вскоре после обнаружения кокаина он сказал аргентинскому следствию, что Ковальчук «занимался различными видами контрабанды» и однажды нелегально ввез в страну икру). Чтобы поставить точку в загадочной истории, Воробьев решил отправиться в посольскую школу и вскрыть чемоданы. Внутри оказались брикеты с белым веществом.

Из свидетельских показаний Игоря Рогова от 3 декабря 2017 года
«Воробьев решил проверить, что это за подсобное помещение под лестницей, убрали с вещей Ковальчука сломанные коробки — а там 12 больших обернутых в плотную упаковочную бумагу чемоданов. О том, что это чемоданы можно было догадаться по их форме, размеру и колесикам, очевидно, находящимся под упаковочной бумагой. Десять из этих упаковок были одного размера, поверх упаковочной бумаги чемоданы были обернуты прозрачным скотчем, а два чемодана — большего размера, были обернуты поверх бумаги скотчем «рыжего» или светло-коричневого цвета. Воробьев решил вскрыть одну из этих 12 упаковок и посмотреть содержимое. Разорвав упаковочную бумагу со скотчем, а также находившуюся под бумагой полиэтиленовую пленку, мы действительно увидели чемодан, имеющий колесики, выдвигающуюся ручку для перевозки <…> Мы открыли чемодан и увидели в нем прямоугольные, плотные упаковки-брикеты, смотанные по два брикета изолентой. Сколько именно было брикетов в чемодане, я не помню, я их тогда и не считал <…> Два скрепленных изолентой брикета мы вынули из чемодана, Воробьев надорвал упаковку одного из них, и мы увидели внутри спрессованный белый порошок. Мы поняли, что это могут быть наркотики».
Ознакомиться с полным текстом показаний

Олег Воробьев рассказал о находке послу Виктору Коронелли, а тот уведомил МИД. 9-й отдел управления «К» Службы экономической безопасности ФСБ России и 14-й отдел Главного управления по контролю за оборотом наркотиков МВД России завели дела оперативного учета об обнаружении кокаина на территории российского посольства, и через две недели офицеры ФСБ вылетели в Аргентину, чтобы официально «обнаружить» наркотики. Впрочем, дата этого события менялась так же, как и вес вещества (который в различных документах указан в диапазоне от 357 до 389 килограммов). В большинстве материалов значится, что официально кокаин «нашли» лишь вечером 8 декабря 2016 года, когда по указанию МИДа сотрудники посольства снова открыли чемоданы в присутствии сотрудников российской спецслужбы. Однако в одном из документов ФСБ указано, что чемоданы были обнаружены 4 декабря и открыты на следующий день. Взятые сотрудниками российских спецслужб пробы показали, что в чемоданах находится кокаин.

Следует отметить, что с точки зрения закона ситуация с наркотиками была неоднозначной: поскольку наркотики находились на территории посольства, теоретически российская сторона имела возможность не подключать аргентинцев к расследованию, хотя на деле скрыть факт обнаружения почти 400 килограммов наркотиков было довольно трудно (источник Центра «Досье» в немецких спецслужбах считает, что аргентинцы и вовсе знали о наркотиках еще до россиян). Кроме того, можно было полностью отдать расследование на откуп аргентинским правоохранительным органам, одновременно избежав широкой огласки ситуации в России. Однако российская и аргентинская стороны, очевидно, достигли некоего соглашения и стали работать сообща.

Так или иначе, вечером 13 декабря посол Виктор Коронелли попросил о встрече министра безопасности Аргентины Патрисию Буллрич. В тот же вечер было созвано срочное российско-аргентинское совещание. На нем первый секретарь посольства Олег Воробьев рассказал о найденных в школе наркотиках, в контрабанде которых помимо прочих мог участвовать представитель полиции Буэнос-Айреса Иван Близнюк (на чем основывалось это подозрение, не ясно). Глубокой ночью аргентинские жандармы начали спецоперацию по замене кокаина на муку — хранить такую большую партию наркотиков в посольстве было попросту опасно. Впрочем, мероприятие оказалось не очень секретным: чемоданы погрузили в пикап, где их мог видеть любой прохожий, а оператор вел обязательную для таких случаев съемку, высунувшись из окна ехавшей сзади машины. В жандармерии была проведена экспертиза содержимого — помимо кокаина в чемоданах оказались посторонние предметы: например, спортивная сумка, открытые пачки черного перца, компакт-диски, две сумки из магазина Frappe, рулоны бумажных салфеток, декоративный пуф-поднос.

14 декабря кокаин в брикетах заменили на муку, чемоданы оборудовали GPS-трекерами и вечером того же дня в первозданном виде вернули Воробьеву. Правда, на видео непосредственно замена кокаина на муку, упаковка муки в чемоданы и их транспортировка обратно в школу не попали — по неизвестным причинам съемка закончилась раньше самой спецоперации.

После манипуляций с чемоданами аргентинские силовики возбудили уголовное дело и установили прослушку на телефоны полицейского Ивана Близнюка и его приятеля Александра Чикало, а их российские коллеги начали прослушивать пять телефонов бывшего завхоза Али Абянова, но дела возбуждать не стали — все мероприятия вплоть до ноября 2017 года проходили в рамках дел оперативного учета, заведенных ФСБ и МВД.

Аудиозаписи прослушек, осуществлявшихся правоохранительными органами Аргентины, проливают свет на взаимоотношения фигурантов расследования. Становится понятно, что Иван Близнюк и Александр Чикало общались с Андреем Ковальчуком, потому что хотели заработать на выполнении его просьб. Изначально Близнюк надеялся, что «представитель „Газпрома”» Ковальчук поможет ему с трудоустройством, а потом появились и другие бизнес-проекты: Ковальчук предлагал ему торговать мясом и поучаствовать в открытии отделения Клуба русских православных меценатов в Аргентине.

Из разговоров Близнюка и Чикало становится понятно, что они считали Ковальчука жуликоватым и ненадежным человеком, но пытались получить от сотрудничества с ним хоть какую-то пользу.

Попытка коррумпирования российского посольства Андреем Ковальчуком и Константином Лоскутниковым
Среди прослушек периода конца 2016 года — первой половины 2017 года можно выделить разговор Ивана Близнюка и Александра Чикало от 30 января 2017 года, который аргентинское следствие использует в качестве одного из аргументов в пользу их вовлеченности в незаконную контрабанду наркотиков.
Иван Близнюк и Александр Чикало (30 января 2017 года)
В то время Иван Близнюк помогал Андрею Ковальчуку в растаможивании картины, которую компания Golden Mile Константина Лоскутникова (фон Босснера) прислала в подарок послу РФ в Аргентине Виктору Коронелли. При этом Близнюк подозревал, что идея подарить картину могла принадлежать не фон Босснеру, а Ковальчуку.
Уже после того как Андрей Ковальчук выслал картину из Берлина в Буэнос-Айрес, выяснилось, что посольство РФ не имеет права принимать подарки стоимостью более 1 500 долларов. Близнюк договорился о том, что подарок передадут в Институт общественной безопасности Буэнос-Айреса, сотрудником которого он являлся. В распоряжении Центра «Досье» находится копия благодарственного письма Константину Лоскутникову от директора института.
Ивану Близнюку пришлось решать финансовые и организационные проблемы, связанные с транспортировкой картины. Он неоднократно жаловался своему приятелю Александру Чикало на то, что за растаможивание и хранение картины ему приходится платить собственные деньги, так как Ковальчук не прислал ему достаточно средств: «И вот они промурыжили полтора месяца, в конце концов Андрей мне звонит, говорит: „Слушай, давай-ка что-нибудь придумаем, потому что, чтобы забрать нам картину, нам надо платить еще 6 000 баксов, если ее вернуть“. <…> Я говорю [Ковальчуку]: „Шли на институт. Только деньги за хранение пришли“. Я ему все достал, то есть ценник, все рассказал, сколько. Он мне присылает 1 400 долларов, у меня даже на хранение 10 000 не хватает. Я говорю: „Андрей, понимаешь, я еще должен е****ся [возиться] с этой картиной, и я еще должен деньги добавлять“».
В свою очередь, Александр Чикало в том же разговоре заявляет: «Столько проблем с этой картиной, а Андрей [Ковальчук] думал, что будет просто, как с контрабандой, которую он возит. Он привозит с дипломатической почтой, и, конечно, почему бы мне не использовать дипломатическую почту, чтобы привезти это. Если он мог послать все на самолете, то какие были проблемы? Если он хотел послать 2 тонны гречихи самолетом». Что имеется в виду под словом «гречиха», не вполне понятно. Аргентинское следствие считает, что Близнюк и Чикало имели в виду наркотики, хотя для русского языка такой эвфемизм не свойственен. Их адвокаты утверждают, что Близнюк с Ковальчуком действительно планировали импортировать гречневую крупу в Аргентину.
Вместе с тем более логичный вывод, который можно сделать из вышеупомянутого разговора, заключается в том, что Андрей Ковальчук и компания фон Босснера пытались коррумпировать посольство России и полицию Буэнос-Айреса с помощью дорогих подарков, одним из которых была картина.

Сентябрь–октябрь 2017 года — Расследование правоохранительных органов РФ и Аргентины

После поездки в Аргентину в ноябре 2016 года Ковальчук, согласно материалам дела, не слишком часто вспоминал про лежащий в российском посольстве кокаин. Следствию известно, что весной 2017 года он пытался организовать поездку курсантов Нахимовского училища в Аргентину, вероятно, надеясь погрузить чемоданы вместе с багажом учащихся. Оплатить путешествие должен был Константин Лоскутников (барон фон Босснер), он же договаривался об обмене курсантами с администрацией Санкт-Петербурга, но по неизвестным причинам вывезти нахимовцев в Аргентину так и не удалось. Согласно свидетельским показаниям, Лоскутников и Ковальчук несколько раз приезжали в училище, раздавали детям «конфеты и кепки с символикой „Босснер”», а в мае 2017 года фон Босснер даже подарил училищу памятник адмиралу Нахимову.

Андрей Ковальчук и сотрудники Нахимовского военно-морского училища
Из свидетельских показаний начальника Нахимовского военно-морского училища МО РФ Алексея Сурова от 15 февраля 2018 года
«Ко мне поступало предложение об организации обмена курсантами Нахимовского училища с курсантами стран Латинской Америки. <…> Примерно это было весной 2017 года. Это предложение поступало мне от одного малознакомого мне лица, с которым я познакомился в г. Москве в апреле 2016 года, когда я там был с курсантами училища для подготовки и участия в параде Победы 9 мая. <…> Мужчина представился мне, как сотрудник ГРУ или СВР. <…> После ужина данный мужчина предоставил мне машины для того, чтобы добраться до гостиницы. При этом машина была ненадлежащего качества, в связи с чем, у меня возникло много вопросов к нему и возникли сомнения в достоверности его истории о работе в секретной службе. Однако мужчина пояснил, что „светиться“ им нельзя, поэтому такое оснащение».
Следует отметить, что одним из курсантов училища был сын первой жены Ковальчука Святослав Киселев. При этом нахимовцам Ковальчук помогал не впервые — в 2013 году Ковальчук организовал для курсантов поездку в Европу. Курсанты посетили Финляндию, Швецию, Данию, Нидерланды, Германию и другие страны — а сам Ковальчук периодически сопровождал туристический автобус на легковом автомобиле. Поездку оплачивал умерший в 2017 году приятель Ковальчука Валерий Камерной. Начальник курса Сергей Борщев был уверен, что Ковальчук работает в СВР — тот нередко дарил ему календари и брелоки с символикой спецслужбы.
Из свидетельских показаний старшего воспитателя (начальника курса) Нахимовского военно-морского училища МО РФ Сергея Борщева
«В 2010 г. на 1 курсе в 5 классе начал учиться Киселев Святослав 6 сентября 1999 года рождения. Мамой Святослава является Сорокина Надежда Геннадьевна.
<…>
В октябре 2012 г. Сорокина Надежда познакомила меня с Ковальчуком Андреем Федоровичем. Знакомство происходило в здании училища, куда пришли Сорокина и Ковальчук.
<…>
В ходе знакомства с Ковальчуком мне стало о нем известно, что он является подполковником, который проходит службу в СВР и находится в длительной заграничной командировке в Германии.
<…>
По его словам, он прилетал в Россию либо на самолете, либо на выделенной ему дипломатической автомашине. Он часто приезжал, по его словам, по работе в МИД России к первым лицам Министерства, а также в СВР. Также сомнений о его службе у меня не возникало, так как он часто привозил подарки от СВР: календари, брелоки и другие подарки с символикой СВР. Я даже поздравил его с днем военного разведчика, но он меня поправил, он не является военным разведчиком, наверное, он имел в виду, что служит в службе внешней разведки».
Примечательно, что показания Борщева дословно совпадают с показаниями Александра Сивкова (педагога-организатора Нахимовского военно-морского училища МО РФ) от 22 мая 2018 года.

Новую попытку забрать товар Ковальчук стал планировать лишь в сентябре 2017 года. Для этого он встретился в Берлине с бизнесменом Владимиром Калмыковым и его приятелем Иштимиром Худжамовым — теперь спонсировать операцию по перевозке чемоданов из Аргентины в Европу должны были они.

11 октября 2017 года Андрей Ковальчук прилетел в Аргентину, заранее предупредив о своем визите «безопасника» Олега Воробьева и завхоза Игоря Рогова. В этот момент российское следствие еще было не готово арестовать контрабандистов с поличным, поэтому в посольстве Рогову приказали срочно уехать в командировку в другой город, чтобы Ковальчук, считавший, что ключи от подсобки есть только у завхоза, не смог забрать груз. Одновременно местные правоохранительные органы следили за Ковальчуком и прослушивали его аргентинский номер.

Прилетев, Ковальчук первым делом позвонил Ивану Близнюку, попросил его поговорить по-испански с таксистом, а затем предложил ненадолго пересечься. Впоследствии полицейский по телефону пересказал содержание разговора своему приятелю Чикало — так следствие смогло узнать, что на встрече Ковальчук попросил его помочь забрать «подарки от компании фон Босснера» из частного самолета, который вскоре должен был прилететь в Аргентину. Близнюк не хотел участвовать в этом неофициально и попросил фон Босснера написать ему формальное обращение о помощи. Однако, судя по всему, «подарки» были только предлогом: Ковальчук рассказал Близнюку, что в российском посольстве хранятся чемоданы якобы со «шкурами морских котиков и личными вещами уехавших дипломатов», которые надо было отправить назад тем же самолетом в обход таможенного досмотра. Хотя за помощь Ковальчук предлагал 10 000 долларов, Близнюк, по его собственным словам, отказался, но общение с Ковальчуком не прекратил.

Необходимо подчеркнуть, что Близнюк и Чикало в телефонных разговорах постоянно жаловались друг другу на Ковальчука, говорили, что не доверяют ему и не хотят заниматься контрабандой. При этом во время одного из звонков Чикало вспомнил, что Ковальчук оставлял ему на хранение пять полупустых чемоданов — в некоторых из них находились открытые упаковки со средством для чистки туалетов. Связаны ли эти чемоданы с теми, что были найдены в посольстве, следствие установить не пыталось.

После встречи с Близнюком Ковальчук созванивался с помощником посла по безопасности Олегом Воробьевым, однако, о чем они говорили — не известно.

На следующий день Близнюк позвонил Воробьеву и рассказал ему, что в посольстве хранится груз Ковальчука, «содержащий запрещенные элементы», и что Ковальчук предлагал ему деньги за вывоз этого груза. В ответ Воробьев, знавший о чемоданах с ноября предыдущего года и называвший Близнюка одним из организаторов контрабанды, притворился, что не знает, о чем идет речь.

Из разговоров становится ясно, что Ковальчук собирался привезти чемоданы в аэропорт на служебной посольской машине, чтобы избежать досмотра. План был простой: попросить машину под предлогом выгрузки подарков от фон Босснера из частного самолета и на ней же привезти в аэропорт свой багаж с кокаином. Сама практика «подарков» для российских дипломатов и сотрудников полиции Аргентины была хорошо отлажена и вопросов ни у кого не вызывала.

12 октября барон фон Босснер направил официальное письмо о прибытии самолета с подарками Ивану Близнюку. На следующий день Ковальчук встретился с Близнюком еще раз, а через два дня — с его другом Александром Чикало, которого попросил найти большую машину для перевозки восьми из 12 чемоданов. По словам Чикало, помогать он отказался.

Партнер Ковальчука Иштимир Худжамов в это время занимался «подарочной» частью плана по транспортировке кокаина: 14 октября 2017 года он прилетел в Берлин и забрал в представительстве фирмы Bossner коробку с коньяком и конфетами, которые предназначались «аргентинской полиции в знак благодарности за какой-то визит в Санкт-Петербург». Насколько ценными были коньяк и конфеты — не ясно, но для их перевозки в Аргентину Ковальчук арендовал целый частный самолет. Отдав подарки и забрав более ценный груз с кокаином, он должен был вылететь в Ригу и затем в Берлин, который, судя по всему, и был финальным пунктом назначения. Вероятно, контрабандисты планировали, что, прилетев не напрямую из Аргентины и сделав остановку в Латвии, они смогут избежать досмотра груза (впоследствии они обсуждали также возможность транзита через какой-либо другой аэропорт в шенгенской зоне, например в Варшаве или Праге).

Чтобы объяснить остановку в Риге, Калмыков взял на борт трех латвийцев. Их роль в операции не до конца ясна, хотя из разговоров Ковальчука следует, что о цели поездки им не рассказали.

При этом, по задумке Ковальчука, Худжамов и латвийцы должны были представиться технической группой телеканала «Звезда». Таким образом, план получался несколько безумным: «съемочная группа» телеканала «Звезда» должна была прилететь в Аргентину, отдать подарки русско-немецкого барона местным полицейским, забрать «шкуры морских котиков и вещи дипломатов» и зачем-то увезти их в Латвию.

Одновременно Ковальчук искал возможность встретиться с помощником посла по безопасности Олегом Воробьевым, чтобы выпросить у него посольский автобус. Воробьев пытался избежать встречи и, выведав у Ковальчука подробности его плана, отказался помочь: российские силовики вряд ли хотели, чтобы кокаин улетел в Евросоюз — тогда пришлось бы привлекать к расследованию западных коллег. В разговорах хорошо раскрывается характер их взаимоотношений: оба собеседника обращаются друг к другу на «ты» и упоминают известных обоим лиц — «Босснера» (Константин Лоскутников) и «Алехандро» (сотрудник полиции Алехандро Итцович Гриот). Ковальчук свободно обращается к Воробьеву с личными просьбами, а сообщение о перевозке сигар и коньяка не вызывает у Воробьева никакого удивления.

Еще одним человеком, которого Ковальчук пытался вовлечь в свой план, был председатель Координационного совета российских соотечественников в Буэнос-Айресе Хорхе Леонардо Голованов. Догадываясь, что избежать досмотра в аэропорту столицы может не получиться, Ковальчук раздумывал над тем, чтобы перенаправить самолет в менее крупный аэропорт — Сан-Фернандо. Голованов должен был «договориться с сотрудниками аэропорта», а Ковальчук — отблагодарить его.

В разговоре от 16 октября 2017 года Андрей Ковальчук и Иштимир (Тимур) Худжамов, который должен был прилететь в Аргентину на следующий день, обсуждали переправку «груза». Ковальчук упомянул, что пообедал с некими «силовиками», которые ему что-то пообещали. Что это были за «силовики», не известно. По данным аргентинской полиции, в тот день Ковальчук завтракал с Хорхе Леонардо Головановым, обедал с Олегом Воробьевым, а вечером встречался с Близнюком и Чикало, которые хотели узнать побольше об открытии Клуба русских православных меценатов в Аргентине и пожаловаться, что Ковальчук не платит им за помощь — например, с растаможкой картины.

17 октября 2017 года партнер Ковальчука Иштимир Худжамов и трое латвийцев — Гатис Лужа, Владимирс Андреевс и Андрейс Островскис — прилетели в Аргентину на частном самолете.

По информации издания «Настоящее время», Гатис Лужа опубликовал у себя в соцсетях несколько фотографий из джета и отеля в Буэнос-Айресе, но потом удалил их. Они выгрузили из самолета подарки и вечером того же дня в отель приехали Иван Близнюк и его жена Наталья Лисичкина — забрать коньяк и конфеты для аргентинской полиции.

Ковальчук в это время встречался с Олегом Воробьевым и не смог сам передать коробки, однако через пару часов приехал к дому Близнюка, забрал себе четыре бутылки коньяка и попросил полицейского заплатить за его такси. Он также интересовался, где можно приобрести элитный кофе марки Luwak. Впоследствии Иштимир Худжамов расскажет следователям — Ковальчук говорил ему, что они перевозили не кокаин, а именно этот кофе. Особого доверия подобная версия не вызывает. Кофе сорта Luwak получается, когда кофейные зерна проходят через желудочно-кишечный тракт малайской пальмовой куницы. В Аргентине этот сорт не производится, его родина — Индонезия, также он изготавливается на Филиппинах, во Вьетнаме и Южной Индии. Да и цена его не так высока, чтобы покрыть столь крупные расходы. Из показаний Иштимира Худжамова следует, что некие бельгийские знакомые Ковальчука заложили в банковскую ячейку 500 000 евро в счет оплаты товара. Примечательно и то, что российские следователи уделили происхождению кофе куда больше внимания, чем происхождению самого кокаина: дважды допросили владельца кофейного магазина, а также сотрудников Московского и Новосибирского зоопарков.

Несмотря на все уговоры, выманить завхоза из «командировки» у Ковальчука не получилось, и 18 октября он с напарниками улетел без груза на том же частном самолете.

Карта передвижений Ковальчука на основе материалов аргентинского следствия

11 октября 08:08
Андрей Ковальчук прилетает в Аргентину.

11 октября 08:30
Ковальчук берет такси из аэропорта.

11 октября 10:20
Ковальчук прибывает в отель Dorá с чемоданом и небольшой сумкой. После регистрации в отеле выходит на прогулку. Он ходит по магазинам, но ничего не покупает, заходит в бар JGC.

11 октября 11:55
Андрей Ковальчук возвращается в отель, там его ждет Иван Близнюк.

11 октября 12:00
Ковальчук и Близнюк посещают бар Dandy, неизвестно, о чем они говорили.

11 октября 12:30
Близнюк идет на остановку общественного транспорта, а Ковальчук возвращается в отель.

Ноябрь–декабрь 2017 года — Контролируемая поставка и задержания

Сразу же после неудачной поездки в Аргентину партнеры стали искать новый способ забрать чемоданы, и уже 8 ноября Ковальчук сказал Рогову и Воробьеву, что через два дня снова прилетит в страну. Вслед за ним, 12 ноября, собирался приехать и Иштимир Худжамов — правда, об этом в Аргентине узнали уже не от Ковальчука, а от ФСБ.

В этот раз отправлять в надуманную командировку завхоза не стали: с разрешения Олега Воробьева Рогов встретился с Ковальчуком (который представился ему как бывший военный, психолог и сотрудник спецслужб) и рассказал, что чемоданы можно будет отправить через месяц военным бортом (тем самым, на котором прилетит Николай Патрушев).

Карта передвижения Андрея Ковальчука (материалы оперативного наблюдения)

11 Ноября 02:21
Андрей Ковальчук прибывает в Аргентину, остановился в отеле Dorá.

11 Ноября 19:30
Ковальчук встречается с Игорем Роговым в баре Buller (район Recoleta).

12 Ноября 12:30
Ковальчук выходит из отеля Dorá с рюкзаком и сумкой. Переезжает в отель Cyanhotel.

12 Ноября 18:00
Андрей Ковальчук встречается с Олегом Воробьевым в баре Buller. В своих показаниях Воробьев позднее утверждал, что ни чемоданы, ни контакты с Игорем Роговым на этой встрече не упоминались.

13 Ноября 16:02
Андрей Ковальчук и Иштимир Худжамов встречаются в отеле Pulitzer, идут в кафе (calle Florida y avenida Córdoba).

13 Ноября 17:30
Встреча Ковальчука и Худжамова оканчивается.

13 Ноября 19:30
Предположительно, Андрей Ковальчук, Иван Близнюк и Александр Чикало встречаются в баре Buller.

14 Ноября
Андрей Ковальчук и Иван Близнюк посещают Высший институт общественной безопасности.

14 Ноября 15:35
Андрей Ковальчук встречается с Иштимиром Худжамовым в отеле Pulitzer.

14 Ноября 17:20
Андрей Ковальчук возвращается в район своего отеля, заходит в несколько гостиниц и, предположительно, интересуется наличием свободных номеров. Затем он посещает бар недалеко от отеля Cyanhotel.

14 Ноября 22:26
Ковальчук возвращается в Cyanhotel.

15 Ноября 07:30
Ковальчук выходит из отеля и идет завтракать в бар.

15 Ноября 09:30
Андрей Ковальчук встречается с Иштимиром Худжамовым в баре (сalle Guido).

15 Ноября 10:15
Ковальчук покидает бар и встречается с Игорем Роговым, они отправляются в мясную лавку Premium (calle Guido 1629).

15 Ноября 14:30
Ковальчук вылетает из Аргентины в ЕС.

Одновременно Ковальчук рассматривал и запасные варианты — из разговора с Владимиром Калмыковым выясняется, что партнеры искали деньги в долг, чтобы оплатить аренду еще одного самолета, при этом Калмыков к тому времени уже успел кому-то задолжать.

Из материалов дела становится ясно, что лишних денег у Калмыкова и Худжамова не было — оба одалживали крупные суммы для осуществления операции, а чтобы расплатиться с долгами за самолет, Калмыкову пришлось продать машину.

Рапорт начальнику управления «К» Службы экономической безопасности ФСБ Ивану Ткачеву
«В разговоре [с Калмыковым] Ковальчук А. Ф. сказал, что «Иваныч» (по предположению Центра «Досье», Александр Иванович Дудка) пообещал, что поможет получить груз раньше.
<…>
На вопрос Калмыкова В. Н. когда ему вылетать, Ковальчук А. Ф. ответил, что завтра посмотрит путевые листы, а «Иваныч» подскажет кто дежурный.
<…>
[Ковальчук позвонил Калмыкову 09.12.2017] сообщил, что Костя «Босснер» будет в понедельник обзванивать своих дилеров и набирать необходимую сумму, а также что «Иваныч» никого не нашел, но в понедельник есть вероятность забрать и сразу отправить».

Интересно, что, судя по разговорам Ковальчука и Худжамова, 400 килограммов кокаина в российском посольстве в Буэнос-Айресе были не единственным грузом — они также обсуждали некие «200 килограммов» в Уругвае, которые было бы хорошо загрузить на самолет вместе с чемоданами. Ковальчук даже пообещал слетать в Уругвай и проверить груз, но в итоге поездка не состоялась.

13 ноября вопрос с перевозкой кокаина наконец решился: Ковальчук обнаружил свой груз в «списках на рабочий борт» — очевидно, том же, на котором прилетал глава Совбеза Николай Патрушев. Похоже, что на этом партнеры останавливаться не собирались: в одном из разговоров они еще раз упомянули, что партия в Аргентине не единственная, а Ковальчук к тому времени уже наводил справки про другие делегации в страну.

За время поездки Ковальчук успел встретиться с завхозом Роговым, первым секретарем посольства Олегом Воробьевым, полицейским Иваном Близнюком и его приятелем Александром Чикало. Вероятно, ему казалось, что все прошло гладко: он смог договориться с посольством о погрузке чемоданов на патрушевский борт и даже обрадовал Калмыкова новостью о том, что нашел деньги для возврата его долгов. Правда, судя по более поздним разговорам, что-то пошло не так и вместо сведения счетов пришлось просить отсрочку.

Еще из одного звонка можно узнать, что от неопределенности у партнера Ковальчука Иштимира Худжамова потихоньку стали сдавать нервы — он продолжал искать запасной вариант вывоза кокаина и хотел даже пойти в посольство, чтобы лично взглянуть на чемоданы и убедиться в том, что они вообще существуют.

15 ноября Ковальчук и Худжамов улетели из Аргентины. Незадолго до отлета Ковальчук в последний раз пересекся с завхозом Роговым и внес финальные штрихи в свой план, попросив его убрать имя замдиректора консульского департамента МИДа Александра Незимова на чемоданах и вместо этого написать российский номер самого Ковальчука и аббревиатуру «КД» — консульский департамент МИДа.

Пока партнеры летели над Атлантическим океаном, МВД России возбудило уголовное дело о контрабанде и пересылке наркотиков (ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 4 ст. 299.1 («Контрабанда наркотических средств») и ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ («Незаконные производство, сбыт или пересылка наркотических средств»).

Почему российские силовики медлили с возбуждением дела
Источник Центра «Досье», связанный с российскими спецслужбами, считает, что правоохранители решили возбудить уголовное дело лишь спустя год после обнаружения кокаина, поскольку это выгоднее смотрелось в отчетности:
«До официального осмотра чемоданов с кокаином в школе посольства (или задним числом) ФСБ и МВД завели дела оперативного учета о разработке международной организованной группы, занимающейся организацией наркотрафика из Аргентины в Россию. Уже в рамках этих дел оперативного учета сотрудники обнаружили в посольстве кокаин. В рамках тех же дел, срок ведения которых без продления составляет один год, были проведены оперативно-розыскные мероприятия (ОРМ). А вот уже по истечении почти года по результатам ОРМ было возбуждено уголовное дело, выявлен наркотрафик, установлены члены ОПГ. То есть дела оперативного учета ФСБ и МВД заведены обоснованно, разработка проведена грамотно в полном объеме без нарушения сроков, доведена до реализации, и все молодцы. Именно так прошло по отчетам. Обратите внимание, что, хотя лица, планирующие преступление, на момент возбуждения уголовного дела были полностью установлены, следователь завел его в отношении неустановленных лиц. То есть по учетам проходит уголовное дело о нераскрытом преступлении. А вот после задержания, предъявления обвинения задержанным и избрания меры пресечения преступление уже считается раскрытым следственным путем в рамках уголовного дела. Таким образом, все — и ФСБ, и МВД — заработали „жирные палки“, могли правильно отчитаться и получить поощрения по службе».

Compromat.Ru: 68058
Упаковки муки и песка в чемоданах после проведения спецоперации
4 декабря, после проведения всех официальных манипуляций с чемоданами, помощник посла по безопасности Олег Воробьев перевез их в аэропорт Эсейса и погрузил в патрушевский самолет Ил-96-300, номер RA-96023 за несколько дней до вылета рейса. Утром 7 декабря чемоданы с мукой и песком прибыли в Москву и были отправлены в хранилище ФСБ. На следующий день силовики позвонили по номеру, указанному на чемоданах. Ответивший им Андрей Ковальчук сказал, что груз заберет Владимир Калмыков. Еще через день для участия в спецоперации в Россию прибыли аргентинские силовики.

12 декабря чемоданы перевезли из хранилища ФСБ на базу МИДа (Москва, ул. Василисы Кожиной, 11), куда за ними приехали Владимир Калмыков и Иштимир Худжамов, а также водитель Денис Килба. Килба — приятель Калмыкова. Кроме этого эпизода, он фигурирует в деле еще раз: согласно показаниям Худжамова, однажды Ковальчук взялся устроить младшего брата Килбы на какую-то работу. За услугу он получил 10 000 долларов, но помочь так и не смог.

И хотя чемоданы были оборудованы GPS-трекерами, позволявшими отследить передвижения груза, всех троих задержали прямо на месте, так и не выяснив, куда должен был отправиться кокаин. По оперативной информации, настоящие владельцы партии могли находиться в Бельгии или Нидерландах. В материалах уголовного дела указан также голландский номер мобильного телефона предполагаемого получателя груза.

Впоследствии данная информация не была исследована российскими правоохранительными органами. В целом из телефонных переговоров организаторов поставки следует, что Россия не была конечной точкой груза и фигуранты дела несколько раз оплачивали дорогостоящие полеты, чтобы доставить его напрямую в Европу. Эти попытки намеренно пресекались российскими силовиками. Источник Центра «Досье», связанный с российскими спецслужбами, считает, что таким образом следствие хотело сохранить дело в своей юрисдикции и не обращаться к европейским коллегам:

Compromat.Ru: 68059

«Российские спецслужбы искусственно создали ситуацию, при которой Ковальчук, намеревавшийся доставить наркотик в Европу, был вынужден делать это через Россию. В итоге кокаин был ввезен в страну в рамках контролируемой поставки и лица, получавшие его, были задержаны. Все, что запланировала ФСБ, состоялось: наркотрафик был предотвращен, а члены международной организованной преступной группы задержаны. Я думаю, это некая провокация. По ряду причин ФСБ специально «затянула» кокаин на территорию России. Во-первых, если бы кокаин попал на территорию одной из европейских стран прямиком из Аргентины, ФСБ была бы вынуждена сотрудничать по этому вопросу с европейскими спецслужбами, то все лавры достались бы им и выглядело бы это совершенно иначе. Получалось бы, что Национальная жандармерия Аргентины в результате масштабной операции обнаружила на территории российского посольства крупнейшую партию кокаина, который был доставлен на территорию Европы для дальнейшего распространения. В СМИ написали бы, что контрабандой занималась международная организованная преступная группа, руководителем которой являлся гражданин России, согласно показаниям свидетелей имеющий отношение к спецслужбам России. Такая картинка не очень выгодна для российской стороны. В лучшем случае спецслужбы России в итоге поблагодарили бы за содействие. Кроме того, если бы все члены группы и сам Ковальчук были арестованы на территории Европы, то не известно, какую правду про происхождение этого кокаина и его предназначение рассказывал бы Ковальчук. Поэтому гораздо спокойнее было встретить кокаин на родине».

Вечером того же дня был задержан бывший завхоз посольства Али Абянов, водителя Дениса Килбу отпустили. Андрея Ковальчука взять с поличным не удалось — он находился за пределами России. Согласно источнику в его окружении, Ковальчук сохранял удивительное спокойствие: взволнованные приятели советовали ему уехать в страну, из которой нет экстрадиции в Россию, но он настаивал, что переживать не о чем. 19 декабря Ковальчука объявили в федеральный, а затем и в международный розыск. До конца года он еще несколько раз звонил «безопаснику» посольства Воробьеву и завхозу Рогову, а также неустановленным абонентам в России.

2018 год — Аресты в Аргентине, уничтожение кокаина

Несмотря на аресты в России, аргентинские подозреваемые еще несколько месяцев оставались на свободе — Ивана Близнюка и Александра Чикало задержали лишь в конце февраля 2018 года. Уже через несколько дней министр национальной безопасности Аргентины Патрисия Буллрич сделала громкое заявление об обнаружении кокаина в посольстве. При этом с российской стороной его, судя по всему, не согласовывали — официальный представитель МИДа Мария Захарова отреагировала на выступление лишь на следующий день. 1 марта в Германии был задержан Андрей Ковальчук, а спустя месяц немецкие правоохранительные органы получили запрос о его экстрадиции в Россию. Через несколько дней после отправки запроса Федеральная миграционная служба России выяснила, что Ковальчук не является гражданином РФ, а все три его паспорта были выданы незаконно. Впрочем, планам российских силовиков это не помешало, и 27 июля Ковальчук отправился из Германии прямиком в СИЗО «Матросская Тишина».

Пока одни участники «кокаинового дела» раздумывали о своей судьбе в заключении, дела других шли вполне хорошо: посла России в Аргентине Виктора Коронелли перевели на аналогичную должность в Мексику, а бывшего первого секретаря посольства Николая Шелепова, с которым близко общался Ковальчук, отправили обеспечивать безопасность дипмиссии в Испании.

Новым послом России в Аргентине был назначен Дмитрий Феоктистов. 21 августа 2018 года он и министр безопасности Патрисия Буллрич встретились в гражданском крематории Буэнос-Айреса, где аргентинские силовики сжигали 389 килограммов кокаина — как утверждает адвокат Ивана Близнюка, без санкции суда и с многочисленными нарушениями. С уверенностью нельзя сказать даже, что сожгли в тот день именно кокаин, ведь момент замены наркотика в чемоданах на муку не попал на оперативную видеосъемку, и что на самом деле случилось с наркотиками, достоверно не известно.

Андрей Ковальчук
Главный обвиняемый по делу​

Из материалов дела следует, что главным «злодеем» «кокаинового дела» является Андрей Ковальчук — человек, который годами беспрепятственно посещал российское посольство в Аргентине, тесно общался с его сотрудниками и давал им указания, а те выполняли их без лишних вопросов. Во время расследования выяснилось, что под обаяние Ковальчука попала не только российская дипмиссия в Аргентине, но и многочисленные военные, дипломаты и сотрудники МИДа. Без каких-либо законных оснований они пропускали Ковальчука на закрытые территории госучреждений, делились с ним ведомственной информацией и помогали посылать загадочные грузы без проверок. Кем же на самом деле является Андрей Ковальчук, достоверно узнать не удалось ни обманутым чиновникам и силовикам, ни следователям, разбиравшимся в деле. По официальной версии, Ковальчук оказался обычным жуликом, который знакомился с доверчивыми госслужащими, упоминая в разговорах знакомые им фамилии. «Жертвы» Ковальчука у правоохранителей вызвали только сочувствие: судя по всему, никого из них не стали привлекать к ответственности за помощь контрабандисту.

О настоящей биографии Андрея Ковальчука известно немногое: родился в 1968 году в городе Герце Черновицкой области Украинской ССР, в 1986 году был призван в армию в Калининградской области, в августе 1988 года окончил 75-ю школу десантников в Кирове, а потом год служил техником в авиаучилище в Барнауле и был уволен за «служебное несоответствие» в марте 1989 года. После этого его следы теряются почти на 10 лет, пока в 1997 году он не оказывается в «Русском доме» при посольстве России в Берлине. Там Ковальчук пару месяцев заочно учился на психолога по специальной программе СПбГУ программа была направлена на подготовку специалистов при посольстве для оказания психологической помощи российским иммигрантам в Германии, после чего он перестал появляться на занятиях — по словам завкафедрой СПбГУ, ходил слух, что он попал в тюрьму. Согласно показаниям его приятеля Вадима Жмурова, в 2000 году Ковальчук представился ему психологом посольства России в Германии. Было ли это правдой, не ясно, однако Ковальчук на тот момент даже не считался гражданином России: свой первый российский паспорт, впоследствии признанный поддельным, он получил лишь в 2002 году.

Согласно справке Управления по вопросам миграции, полученной в ответ на запрос МВД 17 апреля 2018 года, паспорта Андрея Ковальчука не были выданы в установленном порядке и он не являлся гражданином РФ. При этом Ковальчук неоднократно въезжал по своему российскому загранпаспорту на территорию РФ. По информации источников Центра «Досье», с июня 2016 года Ковальчук имел разрешение на пребывание в Германии и проживал в квартире по адресу: Дублинер штрассе, 8 в Берлине. На табличке квартирных звонков значатся фамилии Kovalchuk / Alenkina.

Из отчета о проверке Ковальчука Управлением по вопросам миграции ГУ МВД по Москве от 19.01.2018
«Из поступившего ответа УФМС России по Хабаровскому краю в 2009 году следовало, что Ковальчук Андрей Федорович приобрел гражданство Российской Федерации в упрощенном порядке в соответствии с частью четвертой статьи 14 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 62-ФЗ (о гражданстве Российской Федерации), документирован паспортом гражданина Российской Федерации серии 01 08 №1***** , выданным 11 июня 2002 года ОВД Ванино Хабаровского края и зарегистрирован по месту жительства в Хабаровском крае по адресу: пос. Ванино, ул. 2-я Линия, д. 9. <…>
Также установлено, что в 2014 году в отделение УФМС России по г. Москве по району Хамовники в ЦАО поступил ответ из УФМС России по Хабаровскому краю, из которого следовало, что Ковальчук Андрей Федорович паспортом гражданина Российской Федерации на территории Хабаровского края не документировался, по учетам отдела адресно-справочной работы УФМС России по Хабаровскому краю зарегистрированным по месту жительства (пребывания) не значится. <…>
Серия бланка паспорта гражданина Российской Федерации («01» закреплена за Алтайским краем). По учетам АС «Российский паспорт» паспорт серии 01 08 №1***** был выдан 20 августа 2008 года на имя Русских Т**** А******* (имя и номер паспорта скрыты Центром «Досье»). Ответ на запрос от 28 декабря 2009 года № 344/6-3 имеет признаки подделки по ряду причин».
Согласно показаниям ряда свидетелей, Андрей Ковальчук предъявлял им удостоверение «Комиссии по борьбе с коррупцией». На допросе (5 декабря 2018 года) бывшая сотрудница комиссии Ольга Олеговна Давыдова подтвердила, что удостоверение Ковальчука не является поддельным и было выдано ему 23 октября 2014 года.
Общероссийская общественная организация «Общественная комиссия по борьбе с коррупцией» была учреждена в 2004 году для «содействия и помощи государственным и правоохранительным органам в борьбе с преступностью и коррупцией, активного участия в создании правового государства, юридической поддержки и правового образования граждан в условиях высокой коррумпированности российского общества». Председателем комиссии являлся генерал-полковник Владимир Мамаев (умер в 2015 году). В своем интервью он утверждал, что комиссия работала «в плотном взаимодействии со многими официальными структурами, включая администрацию президента», и имела «более 60 региональных отделений в 46 субъектах Российской Федерации». В 2018 году решением Верховного суда РФ комиссия была ликвидирована ввиду осуществления ею деятельности с нарушением законодательства Российской Федерации, норм, предусмотренных ее уставом. В решении Верховного суда отмечалось, что комиссия не подтвердила свой статус как общероссийская общественная организация.

Из допросов свидетелей следует, что в начале 2000-х Ковальчук жил в Амстердаме вместе со своей сестрой Ириной Кузьменко и ее дочерью Анастасией. Там он познакомился со своей первой женой Надеждой Сорокиной (Ковальчук), а в 2006 году они все переехали в Берлин, где Ковальчук с супругой арендовали квартиру в здании Российского центра науки и культуры (так называются представительства Россотрудничества) Таубен-штрассе, 40 (Taubenstraße 40). Ковальчук жил на полулегальном положении — со слов его жены, они приезжали в Берлин по шестимесячным шенгенским визам, а когда они заканчивались, возвращались получать новые в Москву.

Очевидно, уже тогда Ковальчук начал перевозить вещи по дипломатическим каналам: его сестре принадлежала фирма Irgotrade GmbH, занимавшаяся грузоперевозками. Свидетель Вадим Жмуров во время допроса рассказывал, что в 2007 году Ковальчук просил его найти адвокатов в Пскове — автомобили компании, якобы перевозившие личные вещи дипломатов, задержали таможенники. Впрочем, несмотря на доступ к дипломатическим перевозкам, жил Ковальчук небогато и зарабатывал, по словам жены, от 1 000 до 4 000 евро в месяц.

К началу 2010-х годов Ковальчук успел познакомиться со множеством влиятельных сотрудников МИДа, бывшими и действующими силовиками и военными, представляясь то полковником, то бизнесменом, то служащим МИДа — хотя в заявлениях на выдачу российского паспорта в 2013 и 2015 годах он указывал, что является безработным и не имеет определенного места жительства. Судя по материалам дела, Ковальчук активно использовал эти связи для контрабанды грузов через транспортную систему МИДа — узнавал от своих знакомых о планах поездок спецтранспорта и просил взять туда «свои вещи».

Об одном из таких случаев в своих показаниях рассказывал свидетель Станислав Прохин — военнослужащий войсковой части, которая среди прочего занималась отправкой грузов МИД России. По его словам, на первой же встрече Ковальчук подарил ему товары фирмы Bossner и представился «куратором» российских посольств. Через некоторое время Ковальчук попросил Прохина погрузить пару коробок с «подарками детям» на спецрейс в Буэнос-Айрес, и тот, невзирая на запрет начальства, согласился, объяснив это заботой о детях. На деле коробок оказалось около 30, но и это не смутило военного — немного повозмущавшись, он упаковал их как диппочту и отправил в Аргентину. Действия Прохина вполне могут быть квалифицированы как серьезное должностное преступление, но, насколько известно Центру «Досье», к ответственности он привлечен не был.

С другим военнослужащим — Михаилом Казанцевым — Ковальчук познакомился в 2011 году, когда в его воинской части служил племянник Ковальчука. Ковальчук представился сотрудником СВР и даже показал свое удостоверение. Из его рассказа следовало, что он имеет доступ сразу к нескольким дипломатическим каналам и таможенным пунктам и может отправлять грузы без всякого досмотра. В показаниях Казанцева можно обнаружить множество деталей, скорее всего, связанных с перевозкой кокаина: так, Ковальчук еще в 2015 году искал деньги на оплату частного самолета, чтобы привезти в Европу «шкуры морских котиков» под дипломатическим прикрытием, при этом в Аргентину «шкуры» попадали из Уругвая. Вполне вероятно, что под «шкурами» имеется в виду кокаин, ведь про содержимое 12 чемоданов, заложенных в посольство с декабря 2015 года по июль 2016 года, Ковальчук говорил то же самое. Кроме того, именно в Уругвае, как следует из прослушек, находилось еще 200 килограммов некоего «груза». Все эти подробности могли бы помочь следователям вычислить канал наркотрафика, но они, по всей видимости, проигнорировали информацию, сообщенную Казанцевым.

Как выясняется из допроса пасынка Ковальчука Святослава Киселева, его отчим мог не только посылать таинственные грузы диппочтой, но и устраивать людей на работу в МИД — в 2015 году он пристроил своего тестя (отца первой жены) на работу в посольство России в Эквадоре. Удивительно, но следствие не заинтересовалось этой зацепкой: никаких других упоминаний родственника контрабандиста в деле нет, чем он занимался в посольстве и продолжает ли там работать — не известно.

Чтобы разобраться, как Ковальчук получил такие возможности, следствие допросило нескольких высокопоставленных сотрудников МИДа — в их показаниях повторяется одна и та же история: Ковальчук прикрывался фамилиями влиятельных людей и входил в доверие к чиновникам, а те смутно подозревали, что он жулик, но исправно принимали подарки, выполняли его просьбы и не проверяли документы.

Большую роль в продвижении интересов Ковальчука в МИДе сыграл главный советник консульского департамента Александр Дудка, который познакомился с ним в 2011 году во время командировки в Берлин и считал его техническим сотрудником Российского центра науки и культуры. Пару лет они не общались, но в 2013 году Ковальчук попросил Дудку о консультации по поводу поездки нахимовцев в Нидерланды — с тех пор они стали регулярно созваниваться и встречаться в его кабинете в МИДе. Консульский советник выписывал Ковальчуку пропуска, помогал устраивать на работу его знакомых и даже дал ему 300 000 рублей, чтобы организовать лечение своего родственника в Германии; правда, ничего не получилось, и деньги пришлось вернуть. В декабре 2017 года, незадолго до прибытия в Москву чемоданов с мукой и песком, Ковальчук попросил Дудку найти дипломатический автомобиль для перевозки «12 коробок» из России в Бельгию, Германию или Нидерланды. Дудка пообещал помочь и действительно нашел подходящий автомобиль, но, несмотря на прямое доказательство его участия в контрабандной схеме, он до сих пор работает в МИДе.

Александр Дудка помогал Ковальчуку не только информацией, но и знакомствами: он свел его с замдиректора департамента консульской службы МИДа Львом Паузиным, а тот представил Ковальчука другому заместителю директора — Александру Незимову, чье имя изначально было указано на чемоданах с кокаином.

Согласно показаниям Незимова, он не раз встречался с Ковальчуком в здании МИДа и однажды сам выписывал ему пропуск (как предполагал Незимов, в остальное время Ковальчук проходил в здание благодаря Льву Паузину и Александру Дудке). Глава консульского департамента обратил внимание, что Ковальчук был знаком и с другими сотрудниками ведомства, а также был «осведомлен о структуре МИДа, о движении самолетов (спецбортов), вылетающих в Аргентину, о движении автомобильного транспорта в Европу и других специфических вещах». При этом сам Незимов считал Ковальчука мошенником, но сообщать о нем «безопасникам» министерства не стал — вероятно, визиты «мошенников» в здание МИДа его не сильно удивляли.

Николай Шелепов, до 2015 года занимавший пост помощника посла по безопасности, в своих показаниях утверждает, что Ковальчук попал в посольство России в Аргентине, передав привет именно от Александра Незимова, хотя тот изначально отрицал свое знакомство с Ковальчуком. Тем не менее Шелепов сблизился с ним и выполнял его просьбы — это также подтвердили источники Центра «Досье» в Аргентине. Несмотря на тесное общение, на допросе бывший помощник посла назвал своего приятеля «аферистом», который «для вхождения в доверие использует фамилии известных деятелей силовых структур, ложные обещания, хорошо разбирается в ситуации в России, в том числе в различных ведомствах».

Наконец, еще одним темным пятном в биографии Ковальчука являются его отношения с Константином Лоскутниковым (фон Босснером). В течение нескольких лет Ковальчук называл себя представителем фирмы Bossner, бесплатно получал товары компании, одаривал ими различных чиновников и случайных людей — как в России, так и за ее пределами. Из письма Клуба русских православных меценатов в Германии, подписанного Лоскутниковым, следует, что Ковальчук являлся официальным представителем организации. Помимо делового партнерства, их связывали дружеские отношения: Ковальчук предлагал жене Лоскутникова Наталье Ковалевской стать крестной его сына и тепло общался с самим фон Босснером. Несмотря на все это, на допросах Лоскутников отрицал, что Ковальчук связан с его компаниями, не рассказывал об их личных отношениях, а визитную карточку Ковальчука с символикой его клуба и вовсе назвал подделкой. Следователей эта версия устроила — подробнее расследовать связи Ковальчука с фон Босснером они не стали.

Уже после возбуждения уголовного дела Ковальчук написал письмо журналистам, рассказав свою версию событий. Он называл себя агентом российских и немецких спецслужб. «Мои злоключения начались после операции по присоединению Крыма к России в 2014 году, в которой я принимал участие, за что был награжден медалью за данную операцию, которая у меня здесь, в Берлине, и находится», — утверждал Ковальчук.

По словам Ковальчука, его деятельность курировали заместитель директора консульского департамента МИДа Александр Незимов и главный советник латиноамериканского департамента МИДа Петр Польщиков, который был найден мертвым в Москве в декабре 2016 года — через три недели после обнаружения кокаина в российском посольстве. По информации Центра «Досье», Польщиков был прикомандирован к валютно-финансовому департаменту МИД РФ. Причиной смерти стали полученные огнестрельные ранения в голову, рядом с телом был обнаружен травматический пистолет. Как рассказывали соседи, незадолго до происшествия Польщиков начал странно вести себя и перестал общаться со знакомыми.

Материалы уголовных дел рисуют двоякую картину: с одной стороны, многие собеседники Ковальчука не доверяли ему и считали его крайне подозрительным персонажем, с другой — они всячески способствовали его контрабандистской деятельности, сообщали ему ведомственную информацию, помогали отправлять загадочные посылки дипломатической почтой и в целом слепо шли у него на поводу, не пытаясь проверить его слова. По версии российских силовиков, чтобы втереться в доверие к чиновникам и военным, ему достаточно было лишь привозить сувениры СВР, передавать «приветы» от влиятельных людей и убедительно рассказывать о своей важности. Подобная халатность, многократно зафиксированная в материалах уголовного дела, несомненно, должна была послужить поводом для серьезных должностных проверок и, возможно, даже уголовных расследований. Однако, насколько известно Центру «Досье», этого не произошло — многие из собеседников Ковальчука продолжают работать на государственной службе.

Вместе с тем можно предположить и другую версию: следствие намеренно не расследует факты контрабанды и многочисленные должностные нарушения, а также всячески старается замять «кокаиновое дело», чтобы переложить всю ответственность на посредников, которые, хотя и могут быть причастны к дипломатическому наркотрафику, вряд ли являются его главными организаторами или бенефициарами.

Ошибки Следствия
Обстоятельства, которые были проигнорированы правоохранительными органами РФ и Аргентины

В материалах российского и аргентинского уголовных дел содержится множество недочетов и белых пятен. Однако, даже несмотря на явное нежелание следователей подробно разбираться в обстоятельствах дела, из документов следует, что посольство России в Аргентине не менее пяти лет могло быть центром деятельности преступного сообщества, занимавшегося контрабандой как минимум алкоголя и сигар по дипломатическим каналам. При этом Андрей Ковальчук вряд ли действовал в одиночку: в своих показаниях бывший завхоз Али Абянов рассказал, что дважды посылал его чемоданы диппочтой. Из прослушек следует, что с Ковальчуком был хорошо знаком посол Виктор Коронелли, Ковальчук тесно общался с «безопасником» Николаем Шелеповым, а затем с его преемником Олегом Воробьевым. Советники по безопасности — это офицеры спецслужб, да и в целом спецслужбы контролируют все российские посольства. Трудно поверить, что на протяжении многих лет они не проверяли легенду Ковальчука и не пытались выяснить, почему он так активно интересуется дипломатическими представительствами. Исходя из версии следствия получается, что в спецслужбах работают абсолютно некомпетентные люди, которые не только не способны разглядеть контрабанду у себя перед глазами, но и от своей чрезмерной доверчивости невольно способствуют ей. Вопросы вызывает и поведение высокопоставленных сотрудников консульского департамента МИДа — Александра Дудки, Льва Паузина и Александра Незимова, — которые рассказывали Ковальчуку о перемещениях спецтранспорта, выписывали ему пропуска в здание министерства, знакомили его с нужными людьми и оказывали ему другую помощь.

Еще один яркий признак нежелания следователей обеих стран по-настоящему распутывать дело о наркотрафике — это вопрос о происхождении кокаина. Силовики не уделили внимания эмблемам наркокартелей на брикетах с кокаином и, хотя некоторые детали указывают на то, что он поставлялся из Уругвая, не попытались раскрыть канал поставки или выяснить, как у Ковальчука, который занимал деньги на такси, оказалась партия кокаина стоимостью несколько миллионов долларов.

Эмблемы наркокартелей
На брикетах с кокаином было обнаружено три типа печатей наркокартелей (двойная звезда, подкова и инициалы LG), одну из которых СМИ связывают с картелем «Синалоа». При этом, по мнению журналиста аргентинского издания Infobae Федерико Фасбендера, аргентинские правоохранительные органы зачастую не могут определить изготовителя и поставщика, так как на местном рынке мелкие наркоторговцы подделывают знаки крупных картелей. Кроме того, если пособников картеля арестовывают, то картель в ряде случаев меняет эмблему своей продукции. Одновременно с этим источник Центра «Досье», связанный с одной из международных служб по борьбе с наркоторговлей, отмечает, что теоретически возможность установления картеля сохраняется. Таким образом, отсутствие попыток правоохранительных органов Аргентины выяснить происхождение наркотиков вызывает вопросы.

Следствие не пыталось найти получателя крупной партии кокаина. Хотя чемоданы были оборудованы GPS-трекерами, Владимира Калмыкова и Иштимира Худжамова задержали прямо на базе МИДа при получении багажа. Следователи не разбирались, что за «бельгийцы» финансировали сделку и кем был голландский абонент, который упоминался как потенциальный бенефициар наркотрафика.

Загадкой остается личность Андрея Ковальчука, которого работники МИДа и силовики годами считали сотрудником спецслужб. МИД, ГРУ и СВР в ответах на запросы следствия отрицали связь с Ковальчуком, но источник Центра «Досье» в спецслужбах считает, что полностью верить этим заявлениям нельзя: секретные ведомства имеют право скрывать информацию о своих сотрудниках.

Из материалов аргентинского уголовного дела следует, что ФСБ начала расследование о «международной контрабанде наркотиков из стран Латинской Америки в Европу (Германию, Нидерланды)» еще в октябре 2016 года, за месяц до обнаружения кокаина в посольстве. Однако никаких других упоминаний об этом расследовании найти не удается. Источник Центра «Досье» в международной службе по борьбе с наркотрафиком считает, что аргентинская сторона могла знать о хранящихся в российском посольстве наркотиках еще до их официального обнаружения:

«По нашей информации, некоторые сотрудники российского посольства, например посол Коронелли, знали об активности, связанной с наркотиками, и были связаны с наркомафией. В какой-то момент произошла утечка: аргентинские власти узнали о кокаине и связались с посольством, после чего российская сторона решила, что безопаснее „найти” наркотики. После этого скандал решался на дипломатическом уровне — реального расследования Аргентина не проводила».

В пользу этой версии могут свидетельствовать многочисленные нарушения, допущенные во время российско-аргентинской операции по замене кокаина на муку:

  • На оперативную съемку спецоперации попали только опечатывание чемоданов, их транспортировка в здание жандармерии и проведение экспертизы содержимого. Запись заканчивается до самых важных моментов — непосредственной замены кокаина на муку, упаковки муки в чемоданы и перевозки обратно в школу при посольстве. Кроме того, вопреки принципам оперативной съемки, на видео присутствуют монтажные склейки.
  • Хотя операция должна была происходить в условиях повышенной секретности, оперативники выносили опечатанные чемоданы через главный вход школы, а груз перевозился в жандармерию на пикапе, вслед за которым ехал автомобиль с оператором, снимавшим из окна. Таким образом, секретное мероприятие мог наблюдать любой желающий.
  • По фотографиям из жандармерии видно, что наркотики заменили весьма небрежно. Пакеты с мукой и песком не были похожи на брикеты с кокаином — если бы Ковальчук открыл чемоданы до отправки, то понял бы, что его план был раскрыт. Сотрудники МВД и ФСБ России, проводившие впоследствии инспекцию чемоданов вместе с первым секретарем посольства Олегом Воробьевым, этим обстоятельством не обеспокоились.
  • Как следует из материалов аргентинского уголовного дела, на изъятых чемоданах не было обнаружено никаких отпечатков пальцев, хотя сотрудники посольства Олег Воробьев и Игорь Рогов открывали чемоданы до прибытия правоохранительных органов. Более того, чемоданы упаковывал сотрудник посольства Александр Дронов и перевозил завхоз Али Абянов, но их отпечатков тоже не нашли.

Не известен даже точный вес обнаруженной партии кокаина. В уголовных делах он варьируется в диапазоне от 357 до 389 килограммов (не менее 357 килограммов — 19 ноября 2017 года, 362 килограмма — 13 декабря 2017 года, а по данным Министерства безопасности Аргентины и МИД РФ — 389 килограммов).

Согласно официальным данным, правоохранительные органы Аргентины уничтожили партию кокаина в августе 2018 года. По словам адвоката Ивана Близнюка Лилианы Борисюк, это произошло без санкции суда и в гражданском крематории, хотя обычно для подобных целей используется крематорий жандармерии. По состоянию на август 2020 года сторона обвинения так и не предоставила адвокатам постановление суда об уничтожении наркотиков. Вместе с тем это ставит в неловкое положение и российское следствие: согласно УПК РФ, вещественные доказательства должны храниться до вступления в силу приговора суда. Таким образом, уголовное дело против Андрея Ковальчука, Али Абянова, Владимира Калмыкова и Иштимира Худжамова осталось без основного вещдока.

Создается впечатление, что после решения дипломатических вопросов следствие обеих стран не очень заинтересовано в раскрытии дела о международном наркотрафике. Хотя утверждается, что фигуранты российского и аргентинского дел входили в одно преступное сообщество, по информации Центра «Досье», ни один из подсудимых в России не был допрошен в Аргентине, равно как и обвиняемые по делу в Аргентине Иван Близнюк и Александр Чикало не давали показаний в российском деле. Кроме того, правоохранители игнорируют многочисленные связи Андрея Ковальчука с Германией. Немецкая сторона, в свою очередь, также не проявляет интереса к деятельности Ковальчука и, по словам адвокатов, выдала его в Россию с процедурными нарушениями — Ковальчук является апатридом *эту информацию Центру «Досье» подтвердил старший прокурор уголовно-судебного управления прокуратуры Москвы Сергей Сафонов, однако в запросах на экстрадицию Россия называла его своим гражданином. Более того, по данным одного из адвокатов Ковальчука в Германии Андреаса Диппе — Ковальчука выслали в ускоренном порядке, не предоставив ему достаточного времени для подачи апелляции. Адвокаты Ковальчука также отмечают, что перед экстрадицией он был обследован немецкой стороной и признан абсолютно здоровым, однако в СИЗО его поставили на учет как имеющего склонность к самоубийству.

Довольно небрежно расследуются и сами уголовные дела — как в России, так и в Аргентине. Следствие игнорирует сразу нескольких потенциальных свидетелей, например директора и сотрудников школы при посольстве, большинство из которых покинули свои должности после обнаружения кокаина, или председателя Координационного совета российских соотечественников Хорхе Леонардо Голованова, который мог помогать Ковальчуку переправлять чемоданы с наркотиками.

При этом в показаниях тех свидетелей, которых все же допросили, правоохранители предпочитают не замечать важных для дела деталей и противоречий. Некоторые из свидетельств и вовсе написаны как будто под копирку.

В трех разных протоколах с показаниями от 25 и 26 марта 2019 года, которые свидетели (сотрудники посольства РФ в Аргентине) должны были давать независимо друг от друга, воспроизводятся целые абзацы с одинаковыми формулировками. Также полностью совпадают описания знакомства с Ковальчуком, которые предоставили начальник курса Нахимовского училища Сергей Борщев 15 февраля 2018 года и педагог-организатор Нахимовского училища Александр Сивков 22 мая 2018 года.

Адвокаты аргентинских фигурантов Ивана Близнюка и Александра Чикало отмечают, что правоохранительные органы Аргентины своеобразно подошли к отбору телефонных переговоров, на которых основывается обвинение: ряд существенных фактов игнорируется, тогда как другие используются в отрыве от контекста. Более того, перевод записанных разговоров является неточным и, по словам адвокатов, выполнен непрофессиональным переводчиком. В ряде случаев в аргентинском уголовном деле перепутаны даты, нарушена хронология событий и обнаруживается ряд других неточностей и фактических ошибок. Например, обвинение утверждало, что Чикало поместил в чемоданы специальные средства для отбивания запаха, однако из аудиозаписей переговоров следует обратное: Чикало жаловался, что Ковальчук попросил взять его полупустые чемоданы, в которых уже было открытое средство для чистки унитазов. В материалах дела указывается поездка Близнюка в Турцию в 2015 году, которой на самом деле не было. Следователи также считают, что Близнюк собирался использовать свои связи, чтобы помочь Ковальчуку миновать досмотр чемоданов в аэропорту, однако подобное было бы невозможно даже с технической точки зрения: Близнюк не имел полномочий отправить багаж как диппочту и говорил об этом Чикало. По словам адвокатов, суд Аргентины под разными предлогами отказывал им в получении доступа к прослушкам телефонных переговоров. Из-за «технических проблем» стороне защиты до сих пор не удается получить несколько записей, на которые ссылается обвинение.

Помимо прослушек, обвинение опирается на показания советника посла по безопасности Олега Воробьева. На первом же совещании с министром Патрисией Буллрич Воробьев заявил, что Близнюк причастен к международному наркотрафику, хотя Ковальчук обратился к полицейскому за помощью с чемоданами только через 10 месяцев после этого. В деле нет никаких доказательств, которые бы указывали на более раннее участие Близнюка в контрабанде. Получается, что Воробьев либо скрывает от следствия некую информацию, либо, как утверждают Близнюк и Чикало, намеренно оклеветал их, чтобы снять ответственность с «себя и других преступников и наркодипломатов». По мнению источника Центра «Досье» в международной службе, расследующей наркоторговлю, «Близнюк и Чикало стали пешками некоторых представителей посольства и Москвы. Их задержали, чтобы вывести из-под удара сотрудников посольства и МИДа, которые использовали дипломатические каналы для контрабанды и были ее реальными бенефициарами». Наконец, следствие не учитывает, что, узнав о чемоданах с «запрещенными элементами», Близнюк в течение суток сообщил о них в посольство.

Все эти обстоятельства могли бы так и остаться скрытыми от публики — с 29 ноября 2019 года заседания судов по по избранию меры пресечения подсудимым были переведены в закрытый режим. Представители СМИ и родственники подсудимых были удалены из зала суда практически сразу после начала заседания. Это также может свидетельствовать в пользу версии о связи Ковальчука со спецслужбами: согласно УПК, закрытие судебного разбирательства допускается, если дело касается несовершеннолетних, половой неприкосновенности либо гостайны, или если открытое заседание может угрожать безопасности участников процесса. В случае «кокаинового дела» основаниями могли послужить только два последних пункта, однако каким из них руководствовался суд — не известно.

Так или иначе, материалы уголовных дел, включая свидетельские показания и аудиозаписи телефонных переговоров, проанализированные Центром «Досье», позволяют сделать вывод, что расследования российских и аргентинских правоохранительных органов являются по меньшей мере неполными. Остается невыясненным, кем является Ковальчук, откуда он взял деньги на покупку почти 400 килограммов кокаина, где и как он приобрел наркотики, каким образом и кому собирался их сбывать, что случилось с 200 килограммами в Уругвае, были ли еще какие-то «грузы», что знали о наркотрафике сотрудники посольства, кто курировал масштабную контрабанду кокаина из Латинской Америки — список вопросов можно продолжать очень долго. Вполне возможно, что ответы на них хорошо известны российским властям и именно поэтому следствие не старается найти настоящих контрабандистов. Если не доверять версии о том, что хитроумный Ковальчук перевозил сотни килограммов наркотиков прямо под носом у простодушных госслужащих, вопросы возникают уже не к Ковальчуку, а к Министерству иностранных дел и российским спецслужбам.

***

12 чемоданов Андрея Ковальчука

Compromat.Ru: 68060
Compromat.Ru: 68062
Compromat.Ru: 68063
Compromat.Ru: 68061
Другие материалы раздела:
Коронелли и дела о наркотиках
Ковальчук, МИД и кокаин
Экстрадиция Ковальчука

Знаком '+' отмечены подразделы,
а '=>' - ссылки между разделами.

Drudge Report Рейтинг@Mail.ru

Compromat.Ru ® — зарегистрированный товарный знак. Св. №319929. 18+. info@compromat.ru