Компромат.Ru ®

Читают с 1999 года

Весь сор в одной избе

Библиотека компромата

Сергей Васильев, миллиардер с Галеры

Как нынешний совладелец Петербургского наливного терминала "доил" цеховиков и спекулянтов в Ленинграде

Оригинал этого материала
© Фонтанка.Ру, 25.10.2021, Именем братвы, Фото: 47news.ru

Евгений Вышенков

Сергей Васильев
Сергей Васильев
Только метеорит падает неожиданно, а в истории никакое явление не берется ниоткуда. Так и для рождения мафии нужны предпосылки в сфере общественного бытия, как учил нас марксизм. Этой питательной средой для братвы стал в Ленинграде Невский проспект с его невидимой и мощнейшей воронкой подледной экономики. Именно благодаря риску, пронырливости фарцовщиков, спекулянтов, валютчиков позже разгорелось пламя российской буржуазии. […]

Нижняя и верхняя галереи Гостиного Двора, обращенные к Невскому проспекту, вошли в историю города как Галёра.

Жители Ленинграда и зажиточные провинциалы в течение многих лет приходили сюда, чтобы купить дефицитные импортные вещи. На этих 230 метрах от выхода из станции метро «Гостиный Двор» до Думской улицы каждый день с самого утра тусовались сотни теневых дельцов, которые умудрились эти вещи выменять или купить у иностранцев. […]

Галёра была жерлом огромной воронки. Вокруг, по Невскому и местам экскурсионного обслуживания крутились сотни фарцовщиков, валютчиков, ломщиков, воров. […]

Галёра платила всегда. Постовым милиционерам, передавая червонцы в спичечных коробках для конспирации, что уже считается непонятной, забытой традицией. Откупалась от местных оперов, от сотрудников БХСС, имела какие-то малозаметные отношения с КГБ. Но все это было мозаично, каждому был понятен только отдельный, свой кусочек картинки. А если спортсмены кого-то и щемили, то это также были выдернутые из контекста сюжеты, сравнимые с налетчиками, кто иногда банально грабил. И наконец произошло событие.

Боксер Сергей Васильев — ныне миллиардер, совладелец Петербургского нефтяного терминала, как-то собрал боксера Челюскина, борцов Кудряшова и Шеметова по прозвищу Утюг и рассказал им то, что все и так знали: Галёра не платит, и это неправильно. Он предложил обрушить бизнес фарцовщиков лукаво: не требовать денег с каждого, а изображать возмущение и принципиально вредить подпольной торговле.

Они мгновенно согласились, увидев в предприятии минимум рисков и очевидную долгоиграющую прибыль. На Думской улице возле Гостиного Двора они окружали спекулянтов и деланно восклицали: «Не позорь страну». И били в печень незаметными мастерскими ударами. Товар они не забирали, а рвали, топтали.

Через несколько дней вся Галёра, в первый раз за время своего существования, встала. Парни ждали следующего сигнала от Васильева. Они рассчитывали, что спекули кинутся к нему, а он с ними «решит вопрос», и, таким образом, фарцовщики будут приносить им гарантированный ежемесячный доход. И притом скопом.

Собственно, это и был тот алгоритм, который изначально предлагал Васильев. Как будто бы неожиданно он не сработал. Васильев с глубокой грустью рассказал, что на него вышли оперативники, которые получали долю с Галёры, и потребовали прекратить акцию устрашения. Против милиции у спортсменов пока что методов борьбы не было. От идеи «заплати налоги и сбереги почки» отказались.

Однако вскоре выяснилось, что стратегия Васильева изначально была не такой, какой он выдавал ее своим партнерам. И его истинный замысел осуществился как раз в полной мере. С самого начала прессинга к Васильеву пришли не фарцовщики, а мелкие цеховики, у которых из-за того, что перестала работать Галёра, встало производство самопала. Их было всего-то с десяток, но каждый готов был хорошо заплатить за то, чтобы торговля их товаром шла бесперебойно. Васильев не ограничился получением с них ежемесячных податей, а воспользовался своей победой для того, чтобы стать посредником между цеховиками и спекулянтами и лоббировать интересы тех из них, кто мог предложить ему большую выгоду. Всю историю про фарцовщиков и милицию Васильев изначально придумал для того, чтобы не делиться доходами с младшими товарищами.

Когда те догадались, что их обманули, они, конечно, были поражены вероломством — но произошло это только через несколько лет.

Так мужала действительность в ее революционном развитии. Сегодня некоторые, еще помнящие ту зарисовку, иногда кивают: «Это Васильев выпустил джинна из бутылки» (хотя, как известно, джинны живут в лампах). Но, во-первых, если бы не он, то уж точно нашелся другой первый, а потом те, кто так говорят правду, забывают, что они сами и есть джинн. Это черт в них так хитро стонет.

***

Как Сергей Васильев в 1980-х "вопросы решал"


© "Крыша. Устная история рэкета"

Братья

Евгений Вышенков

На излете 70-х на Галере появились трое боксеров — Александр, Борис и Сергей Васильевы. Братья родились в Вырице. В боксе они особых успехов не достигли и попали на Галеру, как и многие другие, в поисках заработка и возможности реализовать амбиции. Из них резко выделялся средний брат Сергей — он единственный обладал стратегическим мышлением и талантом предпринимателя. Сергей окончил в Вырице школу-десятилетку, до седьмого класса был отличником и считался лучшим в школе учеником. С 12 лет занимался боксом. После восьмого класса он начал прогуливать уроки и учиться стал много хуже, но еще в старших классах успел прославиться в школе тем, что писал стихи. В 1974 году его осудили на пять лет по непопулярному обвинению в изнасиловании. Жертве было 16 лет, и заявление она написала под нажимом родителей. Вероятно, история про изнасилование была преувеличением, но в СССР в подобных делах дотошно разбираться было не принято. В лагере Васильев научился играть в шахматы и даже стал чемпионом среди заключенных. В 1978-м на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР об амнистии его условно освободили. Так же условно он сразу же устроился сторожем в Вырицкую церковь.

На деле же Васильев в 22 года начал заниматься фарцовкой. Он снял квартиру в полуподвальном помещении во дворе дома 32/34 на Невском проспекте — в том самом месте, где находились катран Сельского и помещение отряда комсомольской оперативной дружины (ОКОД), призванной помогать правоохранительным органам бороться с мелкой спекуляцией в центре Ленинграда. Разумеется, дружинники знали о существовании Васильева и иногда даже его задерживали. Когда это случалось, то на вопрос «Где вы работаете?» он отвечал правду: «В Божьем храме».

Двое других братьев на Галере появлялись реже. Они чаще проводили время у чековых магазинов «Альбатрос» и «Внешпосылторг».

Центр не любил постоянства — с кем сегодня выгодней нажить денег, тот и друг на час. И у Васильева друзей среди дольщиков не было. Известно, тем не менее, что единственным в те времена человеком, с которым Васильев общался часто и с удовольствием,— это делец по прозвищу Боря Жид (не путать с одноименным вором). Через некоторое время после освобождения Васильев познакомился со знаменитым валютчиком Михаилом Дахьей — кстати, комсомольским дружинником в прошлом. [...] Пока доходы Сергея Васильева значительно уступали тем суммам, которыми ворочал его более опытный, но временный партнер Дахья. Постепенно он стал задумываться о самостоятельной карьере.

Оказавшись на Невском к концу 70-х, Василев застал то время, когда там гулял Владимир Феоктистов. Он много наблюдал за его карточными играми и бесконечной гульбой в ресторанах, но сам за стол садиться не стал. Более того, поведение Феоктистова казалось Васильеву вычурным, его представления о жизни — чересчур романтическими, и он прекрасно понимал, что ничего, кроме временной громкой и бессмысленной славы и хлопот, такое поведение не сулит.

Я познакомился с Сергеем Васильевым в 1984 году, когда начал работать в отделе спецслужбы при ГУВД. Его неоднократно задерживали и все за фарцовку — по мелочи. Хотя он занимался валютой.

Как-то мы вязали одного валютчика. А когда вытаскивали его из машины, а он вылезать не собирался, и к тому же нескладно хамил, мол, мы все уволены, то довел нас. За что и получил по морде. Кстати, получил чуть-чуть и один раз, после чего и умолк. А надо было бы больше подкинуть.

В результате этот кекс написал заявление в прокуратуру, а следователь возбудил цельное дело. Фамилию этого красавца-мажора до сих пор помню — Костюковский. Он быстро нашел целую кучу свидетелей, из которых двое были центровые проститутки. Все «свидетели» подтвердили, как я его люто избивал. В общем, настроение у меня ухудшилось.

Буквально на следующий день после того, как меня вызвали на допрос, на площади Искусств меня окликнул Васильев. Дословно: «Что Пинкертон такой грустный?» Я ему рассказал.

— Если я решаю вопрос, то ты ведь меня больше на Невском не замечаешь? — предложил он.

Трудно было отказаться.

На следующее утро мне позвонил следователь. В трубке был слышен ор, дескать, я всех запугал, заявитель изуродованный ничего не хочет, а потерпевший кричит, что сам ударился, и «свидетели» память потеряли.

Потом я узнал, что Васильев подозвал к себе этого Костюковского и тихо так ему сказал, чтобы он пробежал от Галеры до улицы Якубовича, где находилась горпрокуратура, за время сопоставимое с рекордным по легкой атлетике. Пробежал и отрекся от претензий.

Кстати, это было справедливо.

Так что Васильев уже тогда вопросы решал.

***

Дворец в Вырице и автопарк Сергея Васильева

"Бугатти Вейрон", "Ламборджини Ревентон", "Роллс-Ройсы", "Масерати МС 12"

Оригинал этого материала
© putinism, 29.10.2017, Бригада, Фото, иллюстрации: via putinism, salon.ru

[...] Ленинградская обл., поселок Вырица в 60 км от Петербурга. Наши дни. На берегу реки Оредеж стоит дом площадью около 2100 кв.м. Вернее не дом, а уменьшенная копия Большого Екатерининского дворца в Царском селе (это где янтарная комната, барокко и т.д.).

Compromat.Ru: 72451
Внутри тоже все круто. Мрамор, золото

Compromat.Ru: 72452
Вазы, комоды

Compromat.Ru: 72453
Гостиная. Высота полотка — 14 метров. 5-метровые статУи в ассортименте. [...]

Compromat.Ru: 72454
Домовая церковь внутри дворца в Вырице. Хозяин — очень богобоязненный человек. Ну, ему есть чего бояться в этом плане, скажем так.

Compromat.Ru: 72457
Еще там во дворце — картины, витражи, мозаичные полы из 19 сортов мрамора, двери из черепашьих панцирей (!), лепнина, ковка и резьба по ореховому дереву. По осторожным оценкам отделка такого уровня стоит 40-50 тыс. евро за квадрат. Т.е. речь идет о поместье за 100 млн. евро.

Личный вертолет хозяина дворца в Вырице на площадке перед домом:

Compromat.Ru: 72458
На нем он летает в Петербург. По делам. Вертолет обычно взлетает в Вырице и приземляется на лужайке у Петропавловской крепости, прямо в центре города. Там хозяин дворца пересаживается в кортеж с охраной.

Compromat.Ru: 72459
Обратно — тем же путем. Кортеж-вертолет-дворец.

Compromat.Ru: 72460
Машины хозяин предпочитает дорогие, суперкары. В данном случае «Бугатти Вейрон Гранд Спорт» за 2 млн. евро. Таких, по-моему, всего два на Россию (второй — у Кадырова).

Compromat.Ru: 72461
А это хозяин дворца за рулем «Ламборджини Ревентон» (1,4 млн. евро) в центре Петербурга:

Compromat.Ru: 72462
На «Роллс-Ройсе» (у него их несколько, любимая машина):

Compromat.Ru: 72463
На уникальном «Масерати МС 12» по Невскому…

Compromat.Ru: 72464
Кто же этот олигарх из Вырицы с вертолетами и роллс-ройсами, который живет в царском дворце за 100 млн. евро? — Один уважаемый человек. Вот он крупным планом:

Сергей Васильев
Сергей Васильев
Это уголовный авторитет Сергей Васильев, тамбовская ОПГ. Рецидивист, дважды судим в советские времена: за изнасилование (в 1974 г.) и мошенничество (1987). В 1980-е создал одну из первых в городе банд рэкетиров (бригада братьев Васильевых).

Бомбил авторынки, крутил колпаки (крышевал наперсточников), собирал дань с «Галеры» (черный рынок импортных товаров у Гостиного двора). Все это было еще в СССР. В 1990-е гг. Васильев стал одним из теневых хозяев города. Вместе с тамбовской ОПГ участвовал в захвате морского порта и других предприятий. В 2000-е, при Путине, бандит Васильев достиг вершин процветания. В октябре 2017 был у Путина на 65-летии (они давно знакомы).

На склоне лет авторитет Васильев решил построить себе дачу с участком. Огородил некогда популярный у горожан пляж, выставил охрану с автоматами. И стал строить Царское село №2. Оно было построено в 2005-2006 гг.

Compromat.Ru: 72466
Вырица — поселок городского типа, постоянных жителей (не дачников) тут около 12 тыс. чел. [...]

Еще один любопытный момент: судя по земельному кадастру, дворец Васильева в Вырице стоит на участке 4,1 га, который выделен под «объект здравоохранения» (оздоровительный комплекс).

Compromat.Ru: 72471
За здоровье авторитета Васильева можно быть спокойным. [...]

Журнал «Salon Interior», посвященный элитной недвижимости и дизайну, в №9 за 2009 г. опубликовал фотоотчет о васильевском дворце, взяв интервью у архитектора. Как рассказал архитектор Игорь Гремицкий, заказчик пожелал воплотить здесь свою мечту — жить в царских хоромах и что дворец «призван поражать». Для пущей роскоши и пышности был избран стиль барокко.

Кроме того, заказчик пожелал, чтобы во дворце была увековечена память «царя-страстотерпца Николая II», которого он очень уважает. И память увековечили: домовая церковь внутри освящена в честь Николая II, а у входа — его статуя с ангелом и крестом. Т.е. авторитет Васильев — монархист типа. Истово верующий, со своей домовой церковью и т.д.

Compromat.Ru: 72472
Последний раз Васильева пытались посадить в тюрьму в далеком 1987 г., еще в СССР. Обвинения в рэкете (главное, чем он тогда занимался) доказать не смогли, желающих давать показания на Васильева оказалось немного. Доказали только махинации с автомобилями, впаяв 7 лет за мошенничество.

Дело Васильева по тем временам было громкое и о нем написал питерский журнал «Смена» в марте 1988 г. Там был дан любопытный портрет главного героя. [...]

Та статья в «Смене» в 1988 г. про банду Васильева называлась «Крах». Имелся в виду крах Васильева и его ОПГ.

Сам Васильев на тот момент только что сел по второй ходке, и выйти был должен через семь лет.

Но автор статьи Леонид Милош поторопился с «крахом». Не знал, что просидит Васильев всего два года, откупится, и вообще скоро грянут новые времена. Ленинград переименуют в Петербург, Петербург приобретет приставку «бандитский», возникнут тамбовская и малышевская ОПГ, Васильев там будет на первых ролях. Бандиты купят с потрохами мэрию Собчака, и захватят все лакомые куски в городе. А потом и всю страну. [...]

***

Бригада антисоветчика Васильева

Одни бьют, другие вымогают деньги, третьи ищут "лохов", четвертые "кидают", пятые перепродают купленные обманным путем машины

Оригинал этого материала
© "Смена", март 1988

Крах

Леонид Милош

Операцию под кодовым названием «Захват» назначили ровно на шесть утра. Силы были задействованы немалые — почти весь личный состав Управления уголовного розыска Ленинграда. Возглавил операцию заместитель начальника Управления А. Д. Шавгулидзе.

Адреса, по которым отправились оперативники, стояли по порядку: проспект Луначарского, улица Наличная... В такой же последовательности группа и привозила преступников А. Балашова, С. Тарасова, Л. Кульбаку... За сутки на Литейный проспект, 4, в Главное Управление внутренних дел Ленинграда, доставили около двухсот человек, следователи не успевали допрашивать задержанных. Единственным, кого не потревожили в ту ночь, был Сергей Васильев — главная фигура во всей этой истории.

Об арестах своих ближайших помощников Васильев узнал на следующее утро. Резкий и требовательный звонок телефона заставил его подняться с постели.

— Сережа, это я.

— Чего так рано?

— Беда, всех повязали...

Секунду, не больше, Васильев молчал, думал, потом быстро сказал: «Стрелка, девять часов» и, не дожидаясь ответа, положил трубку. Этот человек не терялся ни при каких обстоятельствах, всегда действовал быстро и решительно. Вот и сейчас, несмотря на сногсшибательную новость, неторопливо выпил стакан чая, спустился вниз, сел в свой роскошный «Форд» и поехал на встречу. По дороге голову сверлила только одна мысль: неужели милиция все-таки решилась объявить ему войну? Ведь доказательств нет! Ну что ж, посмотрим, кто кого.

Следствие шло полным ходом, а Васильева так никто и не вызывал, словно забыли о нем. Но и он времени даром не терял, вел свое «следствие». С Литейного все свидетели сразу же шли к нему на Озерную улицу и рассказывали, кто что узнал. Хозяин квартиры тщательно записывал их «показания», иногда говорил: — Это мне не нравится, иди обратно, скажешь вот так.

И свидетель спешил обратно на Литейный, 4, отказывался от прежних показаний, давал новые.

О втором «следствии» в милиции знали, это обстоятельство решили использовать по-своему. С теми, кто находился в изоляции, говорили о роли Васильева, а тем, кто был на свободе, фамилию Васильева старались не называть. Поэтому вскоре «протоколы допроса», которые вел Васильев, стали расходиться с милицейскими...

Кто же такой этот Васильев?

Их было трое братьев — Александр, Сергей и Борис. Родились и выросли в Вырице, там же все трое стали заниматься боксом. Кроме спорта, ничем не увлекались. Но постепенно бокс стал отходить на второй план, понимали, что чемпионами не станут. Из трех братьев особенно выделялся средний — Сергей. Кроме крепких кулаков, он обладал изворотливым умом и необычайной хитростью. Среди братьев он уже давно стал лидером.

В двадцать лет Сергея судили за изнасилование. Освободившись, вернулся в Ленинград, познакомился с тогда еще мелким валютчиком Михаилом Дахьей. Они были абсолютно разными людьми, но обоими владела неудержимая страсть «делать деньги». Дахья помог Васильеву встать на ноги, сколотить небольшой капитал. Сергей знал нескольких «центровых» мальчиков, которые скупали у иностранцев вещи, при возможности брали и валюту. Эту валюту они несли Васильеву, а тот Дахье. Постепенно круг «центровых» у Сергея расширился, увеличились и спекулятивные сделки. Дахья ворочал уже шестизначными суммами, его авторитет в мире дельцов рос с каждым днем. А Васильев по-прежнему оставался все тем же незаметным мальчиком, по мелочевке скупающим иностранные дензнаки. Исчезнет завтра Дахья, исчезнут доходы и у него. Это он хорошо понимал, поэтому решил организовать свое «дело», где главный куш будет доставаться только ему, Васильеву.

Спортом Сергей уже давно не занимался, но своих друзей по клубу не забывал. Часто собирались вместе в баре «Роза ветров». В основном это были те, кто не пробился в большой спорт и заглушал свои обманутые надежды спиртным. Единственный человек, который в этой-компании не пил, был Васильев. Про него так и говорили: «Сережа никогда с рельс не сходит».

Да, с рельсов он не сходил, и это невольно подкупало его дружков. Постепенно Васильев объединил вокруг себя бывших боксеров, самбистов, каратистов, бывших мастеров и чемпионов. Этих ребят он подкармливал и подпаивал в ресторанах, оплачивая их счета, иногда давал в долг небольшие суммы денег. Понимал, что долг не вернут, но все равно давал — рано или поздно получит с процентами.

...Игру «в наперстки» Васильев приметил давно. Играли на «барахолке» в Ульянке, у автомагазинов на Энергетиков и Салова.

— Если отгадаешь, под каким наперстком шарик, я тебе 50 рублей плачу, если не отгадаешь — ты мне 25, — объявлял условия игры «крутильщик» и прямо на глазах накрывал одним из трех наперстков маленький шарик и начинал в определенной последовательности их двигать. Глаз Сергея вместе с играющими неотрывно следил за наперстком с шариком. Иногда он отгадывал, иногда нет. Вскоре он понял секрет этой нехитрой, но азартной игры. Но прежде он обнаружил закономерность — на всех толкучках играют преимущественно лица кавказских национальностей и угадывают шарики одни и те же люди, все остальные — проигрывают. Сергей догадался, что выигрывают свои, вызывая ажиотаж у толпы зевак. Правда, иногда «крутильщик» проигрывал сотню-другую постороннему, чтобы затем выиграть у незнакомого «счастливчика» две-три тысячи. Весь секрет заключался в том, что «крутильщик» умел незаметно во время игры переместить шарик в другой наперсток или оставить его под тем, под которым видела его толпа зевак. Все зависело от партнера. Одним словом, игра шла в одни ворота и на один карман.

Сергей не сомневался, что за всем этим стоял кто-то один, остальные получали только свою долю. Вскоре он узнал «хозяина» наперсточной игры — некто Симон. Часто вместе с «центровыми» бывает в ресторанах, покупает у них импортные тряпки, пользуется услугами проституток. Теперь Васильев владел всей необходимой информацией, чтобы заняться перераспределением «сфер влияния». Но для этого ему нужно было раз и навсегда вытеснить Симона.

В один из воскресных дней к толкучке на Ульянке подъехало трое «Жигулей». Не вылезая из машины, Васильев показал своим «боевикам» на «крутильщиков». Драка длилась недолго, бывшие спортсмены быстро взяли верх и вмиг разогнали всех игроков. В тот же вечер Васильев позвонил Симону.

— Слушай, Симон, твои люди мне мешают: или плати бабки, или убирайся! В трубке послышалось недовольное ворчание.

— Хорошо, тогда завтра даю бой! — спокойно ответил Васильев и положил трубку.

На следующее утро пять машин стремительно подкатили к автомагазину на проспекте Энергетиков, пронзительно взвизгнув тормозами, замерли как вкопанные. «Команда» Симона уже ждала гостей. Кавказцев было человек десять: Зураб Хоперия, как всегда, крутил наперстки, остальные находились поблизости.

— Давай! — скомандовал Васильев. «Боевики» ринулись вперед, в руке у одного был жигулевский коленвал, у другого — металлический прут. На этот раз произошла не драка, а настоящая бойня. Кто-то из «боевиков» первым же ударом выбил зубы Зурабу Хоперия, кому-то сломали руку.

После этого Симону стало ясно, что пора сворачиваться, с Васильевым шутки плохи. Рано или поздно в каком-нибудь темном переулке прижмут и его, Симона, а всех его игроков разместят по больничным койкам.

Так Васильев стал полноправным хозяином «наперсточной игры» в Ленинграде. Наперстки крутили все те же жулики, только теперь они крутили их на карман Васильева. А что им оставалось делать? Как известно, сила силу ломит. После очередной встречи в «Розе ветров» Васильев мог за полчаса в любое время дня и ночи собрать «команду» в 50 «бойцов». Заявить в милицию? Но от одного этого слова жуликам становилось не по себе. Лучше уж согласиться на кабальные условия Васильева, зато будет гарантия, что тебе не выбьют челюсть и к концу «рабочего» дня ты получишь свою долю.

После наперстков Васильев решил заняться автомобилями. На автомобильном рынке тоже господствовали кавказцы, только другие, не наперсточные. Подъезжает новенькая машина, а к ее владельцу уже спешит грузный мужчина и с характерным акцентом говорит: — Продай, дорогой, любые деньги сверху заплачу.

Сверху — значит дороже госцены или магазинной оценочной стоимости. Разумеется, владелец хочет получить за свой автомобиль максимальную цену независимо от оценки в комиссионном магазине. Как правило, эту разницу, «верхушку», продавец получает наличными в момент оформления купли-продажи, и составляет она внушительную сумму — от тысячи до десяти. Все зависит от модели и года выпуска. За иностранные машины могут заплатить и больше. Кто-то считает это спекуляцией, кто-то нетрудовыми доходами. Но обратимся к Уголовному Кодексу РСФСР. Статья 154 (спекуляция) трактуется как скупка и перепродажа с целью наживы. Человек, который покупал машину десять — двадцать лет назад, вряд ли думал о перепродаже и тем более о наживе. Другое дело, если он приобрел машину и сразу же поехал продавать ее. Поэтому у комиссионного автомагазина встречаются разные люди — и отъявленные спекулянты, и неискушенные владельцы резко подорожавших за последнее время «Волг».

Вот из-за этого несовершенства автомобильных цен и появились так называемые «кидальщики». Обещают продавцу любую сумму сверху, а когда уже оформляют машину, «кидают» продавца, то есть обманным путем не платят обещанную сумму. Обманывают по-разному — от ловкого мошенничества до откровенного насилия. В этом деле Васильев тоже решил навести порядок.

На этот раз все обошлось меньшими жертвами. После монополизации игры в наперсток авторитет Васильева в деловом мире резко возрос. Сергей позвонил одному из заправил автомобильного бизнеса, велел убираться с рынка. Перепуганный делец попытался вступить в переговоры, но Васильев положил трубку. В услугах того он теперь не нуждался, своих людей хватало. На следующий день на проспект Энергетиков прикатило пять «Жигулей». При виде этих машин кавказские «кидальщики» сразу же ретировались, обзаводиться вставными челюстями никому не хотелось. Вскоре большинство из них уехало из города, остальные занялись другим бизнесом. Так Васильев монополизировал и автомобильный рынок.

Процесс покупки и перепродажи машины «фирма» Васильева проводила по четко отработанному плану. Одни ловили «лохов» (так они называли доверчивых, неискушенных людей, продающих что-либо дефицитное и дорогое), вторые договаривались с ними о цене, третьи «кидали».

Каждый месяц жулики покупали и перепродавали по нескольку машин. Некоторые брали лично для себя и своих знакомых. Для Васильева подыскивали иномарки: он предпочитал только фирменные «тачки». Сначала ездил на новенькой «Тойоте», затем на «Форде»; «Мерседес» обкатать не успел, арестовали.

Теперь со всей откровенностью и прямотой проанализируем деятельность преступной группы Васильева. Из мелких валютчиков и спекулянтов эти молодые люди постепенно превратились в хорошо отлаженную организацию по террору и вымогательству у других преступников денег. Каждому тут была отведена своя роль — одни бьют, другие вымогают деньги и следят за регулярностью их поступления, третьи ищут «лохов», четвертые «кидают», пятые перепродают купленные обманным путем машины. И все эти группы и подгруппы работают на одного человека — Васильева. Как назвать эту преступную организацию? «Фирмой»? Мафией?

Васильев постоянно искал новые сферы влияния и новые прибыли. Он не остановился на захвате автомобильного рынка и игры в наперсток, следующим его шагом стала борьба за «галерку». Васильев решил обложить всех «центровых» спекулянтов налогом, а кустарей-цеховиков, большими партиями штампующих «импортные» тряпки, заставить работать на себя.

Но сделать это было не так просто, не каждый спекулянт согласится делиться своей «чистой» прибылью. И снова в ход пошли кулаки и угрозы. В те дни среди спекулянтов можно было услышать такой диалог:

— Знаешь, что вчера с Витькой сделали? Отвезли за город и закопали в землю.

— Не может быть!

— Может. Правда, закопали по шею, как в кино, — одна голова торчит. Он сразу же сломался. А Петьке сегодня с утра всю машину покорежили. В общем, ты как хочешь, а я буду с Васильевым работать, не хочу, чтобы меня тоже, как Витьку...

От таких разговоров у любого мурашки забегают по коже. Через две недели Васильев полностью взял под свой контроль «галерку». Вышел он и на подпольных «цеховиков» (до Закона об индивидуальной трудовой деятельности еще было далеко). Цеховики с большей охотой, нежели спекулянты «галерки», согласились сотрудничать с Васильевым. Он им давал солидные заказы, обеспечивал всем необходимым сырьем, гарантировал твердую оплату после реализации товара. Тем, кому не нравились условия, приходилось поспешно покинуть город или уйти в подполье.

Теперь Васильев уже сам никуда не ездил, руководил по телефону.

— Стрелка, 12 часов. — Это означало, что в 12 часов дня только в известное ему одному место привезут налог игроки в наперсток.

— Стрелка, два часа. — В два «кинут» очередную машину, а вечером к нему завезут «оброк» спекулянты «галерки» и доставят новую партию товара цеховики. Единственное, что он делал сам, — принимал деньги и передавал товар, это никому не доверял, все остальное делали «капитаны» и «сержанты» его «фирмы». Учет и контроль у Васильева были на первом месте.

Свободного времени у него никогда не было, стрелка его деятельности ни на минуту не останавливала свой бешеный темп. Жил скромно: старая обшарпанная мебель, сломанная кровать, в холодильнике консервы, килька, вареная колбаса — никаких деликатесов. Только новенький видеомагнитофон «Панасоник» и цветной японский телевизор той же фирмы с пультом управления никак не вписывались в эту убогую обстановку запущенной и грязной квартиры. Впрочем, этот «спартанский» образ жизни объяснялся патологической жадностью Васильева. Он щедро вкладывал деньги только туда, где можно было получить прибыль (при обыске у Васильева нашли записку, в которой он подсчитывал свои затраты по индпошиву на период летней кампании 1987 года. Закупленные им ткани, «молнии» и фурнитура составили внушительную сумму — 110 тысяч рублей). Не гнушался при этом и обманывать своих приближенных.

Одевался Васильев тоже с претензией на оригинальность. На Невский запросто мог выйти в потрепанной «самопальной» куртке и... резиновых по колено сапогах. На допросы в милицию приезжал в простеньких старых брюках и в шестирублевой клетчатой рубахе. Зато внизу этого «простого» парня поджидал блестящий никелем «Форд».

Васильева не арестовывали целых два месяца, в то время как все его ближайшие «сподвижники» уже давно привыкли к тюремному режиму. Брать «босса» было рано, не хватало улик, а улики складывались из показаний свидетелей. Привозят в Управление уголовного розыска уже знакомого нам Зураба Хоперия. «Что можете сказать о Васильеве?» Шамкая беззубым ртом, Хоперия на все лады расхваливает Сергея — отличный парень, отличные ребята! Стычка у Энергетиков? Да, приезжали какие-то хулиганы, но Сережа-то здесь при чем?! Спекулянты с «галерки» и другие «центровые» дельцы при упоминании фамилии Васильева делают удивленное лицо. Нет, такого они не знают, впервые слышат. Ах, арестованные сами говорят про них? Да, что-то припоминают, но показания против Васильева давать не будут. Единственное, что волнует всю эту разношерстную публику, — как бы самих не арестовали. Правда, есть такие, кто откровенничает о «подвигах» Васильева, например, Дахья. Он многое знает, многое помнит и прекрасно понимает, что события пятилетней давности к делу не пришьешь — доказательств не хватит. Но Дахье терять нечего, получил уже свои 15 лет за валютные операции. Есть и другие, кто может поведать о «рэкете» и о «галерке», об автомобильном рынке и о картежниках, назвать десятки фамилий, которых «рихтовали» «боевики», у кого корежили машины и кого закапывали в землю. Для протокола? Боже упаси, для протокола они ничего говорить не будут. Ворон ворону глаз не выклюет.

Не напрасно на всех судебных заседаниях «дежурили» оставшиеся на свободе приятели Васильева. Они умели обрабатывать свидетеля, если к тому же, как говорится, у того рыльце в пушку. Все это сотрудники милиции предвидели. Васильев грабил таких же, как сам, только более слабых и менее организованных преступников. А в мире дельцов у милиции обычно защиты не просят и по судам не ходят. Подпольные цеха по индпошиву — дело тоже малоперспективное (уже намечалось принятие Закона об индивидуальной трудовой деятельности). Оставались автомобили. Спекуляция и мошенничество здесь были налицо. Поэтому к суду компанию Васильева привлекли как обычных спекулянтов и мошенников, не больше.

По-разному вели себя во время следствия преступники. Васильев, все еще не веря, что его ждет печальная участь, балагурил:

— Мужики, сколько вы в своей милиции получаете? Вы же все нищие! Хотите я вас на работу устрою, хоть по тысчонке иметь будете.

Этот денежный мешок все мерил только деньгами. Этот плохой. Почему? Потому что денег нет и машина плохая, советская. А этот хороший — денег много, и «тачка» фирменная. У самого же Васильева образование на уровне пятого класса. О театрах он никогда не слышал, газеты и книги не читал, некогда было. Любимая тема разговора — деньги и только деньги. Все советское он ругал, западное хвалил. Когда сотрудник уголовного розыска спросил, что именно советское ему не нравится, услышал неожиданное:

— Все! Все плохо, и все сволочи!

Откровенный цинизм Васильева поражал, явные факты мошенничества он признавал и тут же недовольно добавлял:

— Но я же у спекулянтов машины брал, я жуликов наказывал.

Как это ни смешно, но он претендовал на роль санитара общества, излечивающего социальные болезни кулаком и «жигулевским» коленвалом. Но у Васильева всегда была одна-единственная вера — деньги, только им он поклонялся, только им верил, все остальное — словесная ширма.

Много времени и сил в борьбе с компанией Васильева пришлось потратить сотрудникам Ленинградского уголовного розыска и следствия, работали, что называется, на пределе, по 12 — 14 часов в сутки. Большое гражданское мужество потребовалось и председателю нарсуда Красногвардейского района Н. Г. Власову, чтобы взяться за это дело. Ведь некоторые юристы считают подобные преступления, с точки зрения доказательств, малоперспективными. Свидетели изменят показания, адвокаты пойдут в наступление железной фалангой, и дело развалится. Его отправят на доследование, потом виновных оправдают за недоказанностью — сколько раз такое было. В итоге виноваты правоохранительные органы, опять «фабрикуют липу»!

Но в данном случае справедливое возмездие настигло всех преступников, их приговорили к различным срокам наказания с конфискацией имущества (С. Васильева к 6 годам лишения свободы с отбытием наказания в колонии строгого режима). [...]

Итак, Васильев и его сообщники потерпели крах.

«Должность» главного «мафиози» Ленинграда вакантна, но надолго ли? Как известно, вакуум должен заполняться, если для этого есть необходимые условия. А условия эти есть, пока существуют пробелы в нашем законодательстве по поводу мошенничества. Чем быстрее эти пробелы будут устранены, тем быстрее мы сможем покончить с этим старым, как мир, но все еще манящим к себе некоторых уродливым явлением.

Drudge Report Рейтинг@Mail.ru

Compromat.Ru ® — зарегистрированный товарный знак. Св. №319929. 18+. info@compromat.ru