Весь сор в одной избе

Библиотека компромата

Кирилл Серебренников получил приговор без логики

Создателя "Седьмой студии" признали виновным в создании ОПГ и хищении 129 млн руб. и дали 3 года условно

Оригинал этого материала
© ИА "РБК", 26.06.2020, Приговор — 3 года условно, Фото: АГН "Москва"

Маргарита Алехина

Кирилл Серебренников (на переднем плане справа)
Кирилл Серебренников (на переднем плане справа)
Мещанский суд Москвы приговорил худрука «Гоголь-центра» Кирилла Серебренникова и других фигурантов дела к условному сроку в три года и штрафу в 800 тыс. руб. по делу АНО «Седьмая студия». Такое решение приняла судья Олеся Менделеева, передает корреспондент РБК.

Бывший генпродюсер «Седьмой студии» Алексей Малобродский получил два года условно и штраф в 200 тыс. руб., экс-гендиректор организации Юрий Итин — три года условно и штраф в 200 тыс. руб., директор Российского академического молодежного театра (РАМТ) и бывшая глава департамента господдержки искусства и народного творчества Минкультуры Софья Апфельбаум — получила штраф в 100 тыс. руб., но суд освободил от его уплаты из-за истечения давности.

Суд признал фигурантов дела виновными в хищении 129 млн руб. из госсубсидии и удовлетворил гражданский иск Минкультуры к Малобродскому, Итину и Серебренникову на 129 млн руб. К Апфельбаум иск был оставлен без удовлетворения. В рамках иска берлинскую квартиру Серебренникова и машину Toyota, автомобиль Малобродского Skoda, имущество Итина, включая принадлежащие его теще украшения Tiffany, суд оставил под арестом до удовлетворения имущественных взысканий.

Также суд запретил Итину и Малобродскому три года занимать административно-хозяйственные должности в государственных учреждениях культуры. На Серебренникова запрет не распространяется, следует из решения суда.

Суд переквалифицировал обвинение Софье Апфельбаум по ч. 1 ст. 293 Уголовного кодекса (халатность), которая предусматривает наказание на срок до трех месяцев. Это преступление небольшой тяжести, срок давности по которому, согласно ст. 78 УК, не превышает двух лет и уже истек. Ранее Апфельбаум обвиняли по ч. 4 ст. 159 УК (мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере), которое предусматривает наказание до десяти лет лишения свободы. Апфельбаум «имела реальную возможность должным образом исполнить свои обязанности, обладала высоким уровнем профессиональной подготовки и большим опытом, но отнеслась к своей задаче небрежно, что повлекло ущерб для госбюджета», констатировала судья во время оглашения приговора. Переквалификацию обвинения Апфельбаум судья обосновала отсутствием доказательств умысла и участия в преступной группе.

Деньги, как говорится в приговоре, начали расхищаться руководителями «Седьмой студии» сразу после того, как они получили субсидию. Как полагает суд, это подтверждает, что они составляли преступную группу, созданную именно в этих целях.

Судья во время оглашения мотивировочной части решения заявила, что находит доказательства гособвинения убедительными. По ее словам, они полностью подтверждают как вину Серебренникова, Малобродского и Итина в мошенничестве, так и Апфельбаум в халатности. Никаких существенных процессуальных нарушений следствие и гособвинение не допустили. Экспертиза, на которой основано обвинение, заслуживает доверия, выполнена квалифицированными специалистами, сомневаться в ее качестве оснований нет, заявила судья. «Суд не усматривает предвзятости со стороны правоохранительных органов», — сказала она.

Экспертизу, которая была сделана на первом процессе «Седьмой студии», результат которой был благоприятен для обвиняемых, судья объявляет недопустимым доказательством. Так, ее авторы Марина Андрейкина и Видмантас Силюнас «высказывали заинтересованность в определенном исходе дела», говорится в тексте приговора. В частности, специалист по экономике культуры Андрейкина выступала в защиту Серебренникова в своих публикациях, огласила судья решение.

В то же время все фигуранты дела характеризуются исключительно с положительной стороны, ранее не судимы, сказала судья. Все это суд считает смягчающим обстоятельством.

С чего все начиналось

«Седьмая студия» была основана Серебренниковым для выполнения проекта «Платформа», посвященного современному искусству и просветительской работе. Эту идею режиссер высказал на встрече с Дмитрием Медведевым, который на тот момент был президентом России. Порядок финансирования проекта утвердил Владимир Путин.

В течение следующих трех лет «Седьмая студия» получила из бюджета (по госконтракту и в качестве субсидии) около 216 млн руб. и провела, по данным Серебренникова, более 340 мероприятий. По мнению экс-министра культуры Александра Авдеева, общая сумма господдержки была сравнима с бюджетом одного спектакля Большого театра.

Первые обыски по делу прошли в «Гоголь-центре» в мае 2017 года — к тому моменту «Седьмая студия» уже несколько лет фактически не действовала. Возбуждению дела предшествовала длительная налоговая проверка, а за год до первых следственных действий Служба защиты конституционного строя ФСБ запрашивала у Минкультуры финансовую документацию «Седьмой студии». Эта служба впоследствии и занялась оперативным сопровождением дела.

Какого рода сообщение или оперативная информация побудили ФСБ начать проверку «Седьмой студии», в суде не раскрывалось.

На чем строилось обвинение

Обвинение в его итоговой версии строится прежде всего на показаниях Нины Масляевой — ранее судимой экс-главбуха «Седьмой студии». Она утверждала, что руководители «Седьмой студии» завышали финансовый план, обналичивали госсубсидию через подставные фирмы, а наличными пользовались в том числе нецелевым образом. Апфельбаум же со стороны Минкультуры попустительствовала этому.

Ведомости.Ру, 26.06.2020, "Суд приговорил Кирилла Серебренникова к трем годам заключения условно": Суд считает, что Серебренников дал указания Итину и Малобродскому перевести деньги со счета «Седьмой студии» на счет, подконтрольный организованной группе Валерия Синельникова (петербургский бизнесмен) для последующего обналичивания. […]

Согласно показаниям Масляевой, которые зачитала судья, Итин просил ее «наладить обналичку, а Серебренников сказал, что его связи помогут избежать контроля». Масляева рассылала письма обо всех операциях на адреса Итина, Малобродского и Серебренникова, говорится в показаниях. Масляева признала, что только 90 млн руб. пошли на реализацию проекта «Платформа», еще 120 млн руб. были похищены. Она утверждала, что из этих денег присвоила себе 5 млн руб. «Серебренников, Итин и Малобродский создали целую систему обналичивания денежных средств, целью которой были хищения», — зачитала показания Масляевой судья — Врезка К.ру

Помимо Масляевой, обвинительные показания на процессе давали мелкие предприниматели, привлеченные в качестве обнальщиков за 8–12%, а также сотрудники бухгалтерии и кадров «Седьмой студии». При этом одна из них в суде заявила, что дала показания под давлением следователя СКР Александра Лаврова. От своих показаний, связанных с ролью Апфельбаум в деле, в суде отреклись и три сотрудницы Минкультуры из числа свидетелей обвинения. Показания свидетелей обвинения судья во время оглашения решения 26 июня нашла логичными, последовательными, согласующимися между собой. Она подчеркнула, что свидетели давали их «без какого-либо принуждения», а заявления сотрудниц Минкультуры о давлении следователя во время допроса суд объявил голословными, указав, что они были введены в заблуждение и обмануты обвиняемыми.

Другими доказательствами вины Серебренникова и его коллег гособвинитель Михаил Резниченко назвал данные финансовой экспертизы, проведенной по настоянию представителя прокуратуры (взамен исследования, результаты которого были в пользу обвиняемых). Прокурор аргументировал вину фигурантов дела и плохим состоянием отчетности «Седьмой студии», большая часть которой была уничтожена.

Детали дела «Седьмой студии»
Рояль за 5 млн руб. — его приобретение для спектакля было, по версии обвинения, примером неоправданных расходов бюджетных денег. Сейчас инструмент арестован.
«Сон в летнюю ночь» — спектакль «Платформы», который, по одной из первоначальных версий следствия, был заявлен в смете, но не поставлен. В интернете много публикаций, подтверждающих, что спектакль существовал на самом деле. Однако, как выразился в суде представитель прокуратуры, «сама по себе газетная заметка не подтверждает, что мероприятие проводилось». После передачи дела из московского СК в центральный аппарат следствие ушло от версии о фальсификации спектакля.
Медицинский центр «Намасте» был основан Масляевой в период работы в «Седьмой студии» совместно с одним из обнальщиков, Валерием Педченко и, по ее признанию, давно прогорел. Защита обвиняемых намекала, что он мог существовать на средства, выведенные Масляевой из «Седьмой студии». Другому фиктивному контрагенту «Седьмой студии», Валерию Синельникову, Масляева одолжила 1 млн руб. на покупку машины.
Инфаркт Малобродского случился во время заседания суда, на котором рассматривалось повторное ходатайство следователя Лаврова о переводе Малобродского из СИЗО под домашний арест. Суд оставил его под стражей; обвиняемый почувствовал себя плохо и был госпитализирован. Через несколько дней следователь своим собственным постановлением освободил Малобродского под подписку о невыезде, для этого обращения в суд не требовалось.
Исправленный протокол допроса свидетеля обвинения Ларисы Войкиной. Адвокаты обнаружили в деле две разные версии этого документа, причем итоговая содержала более уверенные указания на виновность руководства «Седьмой студии». Впоследствии СКР списал это на ошибку.
Генеральское звание было присвоено следователю СКР Александру Лаврову в конце прошлого года, вскоре после того, как дело «Седьмой студии» повторно дошло до суда.

Что говорила защита

Госфинансы «Седьмой студии» действительно проводились через обнальные схемы, а черная бухгалтерия была уничтожена, указывали обвиняемые. Но о хищениях речи не было, указывали они. «Я не хочу никого убедить, что обналичивание денежных средств — это хорошо. Но для меня нет сомнений, что все обналиченные деньги строго учитывались в кассе «Седьмой студии» и выдавались строго на проекты», — говорил Серебренников до начала судебного процесса.

На скамье подсудимых не было людей, ответственных за серые схемы и беспорядок в отчетности, настаивала защита. Так, Серебренников пояснял, что отвечал только за художественную, а не за финансовую часть работы «Седьмой студии». А Малобродский проработал в организации совсем недолго и уволился, по его словам, до того, как в «Седьмой студии» появились наличные сомнительного происхождения.

Ответственной за нарушения подсудимые называли Масляеву, которую в свое время руководство «Седьмой студии» уличило в хищении нескольких миллионов рублей и уволило. Плохое состояние бухгалтерии, которое привело к уничтожению большей части бумаг, было также результатом работы Масляевой, подчеркивали обвиняемые.

Во время оглашения приговора 26 июня судья указала, что во время процесса также были допрошены свидетели защиты, давшие Серебренникову и его коллегам положительные характеристики. Это в том числе композитор Александр Маноцков, актеры Игорь Костолевский, Виктория Исакова и Никита Кукушкин, кинокритик Марина Давыдова. Но никаких сведений, проливающих свет на существо дела, они не сообщили, сказала судья.

Как дело чуть не развалилось

Судебный процесс, который завершился в пятницу, — второй в деле: первый кончился возвратом дела в прокуратуру для устранения грубых нарушений. Такое решение в сентябре 2019 года приняла судья Ирина Аккуратова. Это произошло после того, как назначенная судом комплексная экспертиза пришла к выводу, что проект, подобный «Платформе», требовал гораздо больших затрат, нежели госсубсидия в 216 млн руб. По мнению защиты, это сводило на нет подозрения в хищениях.

Возвращая дело, Аккуратова указывала, что в обвинительном заключении слишком мало конкретики: неясно, «в чем выразились противоправные действия обвиняемых», какие именно мероприятия не были проведены, какие финансовые документы не соответствовали действительности. К тому же заявленная сумма хищений расходилась с суммой отдельных якобы преступных операций. Такие формулировки, скорее всего, указывают на то, что повторно дело до суда не дойдет и можно говорить о его «тихих похоронах», рассуждали тогда опрошенные РБК эксперты.

Однако спустя два месяца дело дошло до суда снова. По настоянию гособвинителя судья Олеся Менделеева назначила новую экспертизу, выводы которой оказались менее благосклонными к обвиняемым.

Ведомости.Ру, 26.06.2020, "Вынесенный Кириллу Серебренникову приговор удивил экспертов": Защита, тем не менее, будет обжаловать приговор Серебренникову, сказал его адвокат Дмитрий Харитонов: «Условный срок — это тоже срок, приемлем только оправдательный приговор». Адвокат Апфельбаум Ирина Поверинова назвала приговор Мещанского суда «компромиссным решением».

Эксперты отмечают отсутствие логики в решении суда. «Приговор написан под реальный срок, это очевидно, но итоговая команда дана иная, — делает вывод начальник юридического департамента «Руси сидящей» Алексей Федяров. — Переписывать весь не было или времени, или желания, или того и другого. Потому пара абзацев мотивировочной части — и брюки превращаются в элегантные шорты». По его мнению, обычный человек по такому обвинению обязательно уехал бы в колонию.

Обращает на себя внимание тот факт, что мягкий и условный приговор вынесен при непризнании вины подсудимыми, согласен адвокат Алексей Мельников. В таких случаях почти всегда срок лишения свободы назначается ближе к верхней границе санкции, и он редко бывает условным. Особенно уникально это при указании, что подсудимый Серебренников осуществлял общее руководство и координацию всех членов группы и принял меры по сокрытию хищений. Впрочем, предупреждает эксперт, нельзя исключать и вероятность различных сюрпризов в случае вероятного обжалования приговора прокуратурой, для которой такое решение — явная пощечина. «На самом же деле проблема заключается в том, что если было совершено тяжкое преступление, то «трешечка» условно — это неправильное наказание. А если не было, то тогда за что наказали? — Врезка К.ру

В чем проблема с господдержкой культуры

Дело «Седьмой студии» высветило несовершенство порядка госфинансирования в сфере культуры, из-за которого получатели субсидий во многих случаях вынуждены совершать нарушения. Так, Союз театральных деятелей России заявлял, что система финансирования театральных проектов создает «непреодолимые препятствия» для творчества: театры вынуждены составлять планы-графики на годы вперед, что противоречит здравому смыслу.

Во многих случаях финансирование, согласно закону, выделяется постфактум, в порядке компенсации за уже выполненные работы (так было и в случае «Седьмой студии»). Это побуждает менеджеров культурных организаций составлять фиктивные отчеты о еще не выполненных работах, чтобы получить деньги на решение реальных задач, рассуждали собеседники РБК. Кроме того, специфика театра такова: «чтобы купить реквизит на блошином рынке, нужна наличка», говорил РБК адвокат Итина Юрий Лысенко.

«Законодательство устроено психологически так, что оно предполагает, что любой работник и руководитель — это преступник, казнокрад, коррупционер. Мы должны ежедневно доказывать обратное, и это мешает нам оставаться художниками», — говорил РБК один из театральных руководителей.

Бывший министр культуры Владимир Мединский, при котором начиналось дело «Седьмой студии», с таким мнением согласен не был и настаивал, что порядок госфинансирования искусства из-за случая с Серебренниковым менять не стоит.

Другие материалы раздела:
Серебренников и "Платформа"
Приговор - 3 года условно

Знаком '+' отмечены подразделы,
а '=>' - ссылки между разделами.

Drudge Report Рейтинг@Mail.ru

Compromat.Ru ® — зарегистрированный товарный знак. Св. №319929. 18+. info@compromat.ru