Компромат.Ru ®

Читают с 1999 года

Весь сор в одной избе

Библиотека компромата

Кредиторы взялись за жен банкиров

ПСБ добился признания недействительным брачного договора Алексея Ананьева, АСВ оспаривает соглашение о разделе имущества Евгения Бернштама

Оригинал этого материала
© "Ведомости", 29.10.2019, Кредиторы пытаются забрать активы, которые финансисты отдали женам, Фото: PhotoXpress, РИА "Новости", ИА "РБК"

Анна Михеева, Екатерина Литова

Картина маслом

Алексей Ананьев
Алексей Ананьев
Мещанский районный суд Москвы 25 октября по иску Пром-связьбанка (ПСБ) признал недействительным брачный договор бывшего совладельца банка Алексея Ананьева и его супруги Дарьи. Соглашение между супругами Ананьевыми заинтересовало ПСБ в ходе иска на 282 млрд руб. к Алексею Ананьеву, его брату Дмитрию (второму владельцу ПСБ), а также бывшим топ-менеджерам банка.

По брачному договору, по информации ПСБ, Дарье Ананьевой отошла крупнейшая в мире коллекция картин советского соцреализма — более 5000 произведений, недвижимость и земельные участки в России, а также недвижимость в Австрии и Португалии, 50% долей в ООО «Группа Техносерв» и 50% в уставном капитале нидерландской Technoserv B.V., а также доли в иностранных компаниях, счета и вклады в ПСБ.

«Брачный договор, заключенный между супругами Ананьевыми после 29 лет совместной жизни и всего за два месяца до введения в банк временной администрации, не преследовал никакой иной правомерной цели, кроме как сокрытие имущества от кредиторов Алексея Ананьева», — уверен представитель ПСБ.

ЦБ решил санировать ПСБ в декабре 2017 г. (в 2018 г. банк был передан Росимуществу и назначен основным банком по гособоронзаказу). После прихода временной администрации в банк ЦБ сразу заявил о целом ряде подозрительных сделок — арбитражный суд признал их незаконными. Следственный комитет обвинил братьев Ананьевых в растрате более 66 млрд руб. и $575 млн, они были заочно арестованы и объявлены в международный розыск.

ИА "Интерфакс", 28.10.2019, "Мосгорсуд признал законным заочный арест братьев Ананьевых": Мосгорсуд оставил без изменений решения о заочном аресте бывших совладельцев Промсвязьбанка Алексея и Дмитрия Ананьева, обвиняемых в особо крупной растрате.

Басманный суд 10 сентября заочно арестовал братьев Ананьевых на два месяца с момента задержания на территории России или экстрадиции каждого.

В отношении братьев возбуждены уголовные дела об особо крупной растрате (часть 4 статьи 160 УК РФ) и легализации денежных средств, полученных в результате совершения преступления (пункты "а", "б" части 4 статьи 174.1 УК РФ). При этом на момент заочного ареста обвинение банкирам было предъявлено только по статье о растрате. — Врезка К.ру

Необходимость заключения брачного договора была вызвана сделками, по которым Алексей Ананьев давал личное поручительство на значительные суммы, говорит его адвокат Дмитрий Тугуш. Это была вынужденная мера, продолжает адвокат, чтобы не подвергать материальному риску жену и детей. По его словам, ПСБ не имеет права подавать иск о признании недействительным брачного договора, так как ПСБ не является признанным текущим кредитором Алексея Ананьева: иски, предъявленные ПСБ к бывшим собственникам, пока не удовлетворены арбитражным судом. Тугуш опровергает передачу по брачному договору долей в «Группе Техносерв» и Technoserv B.V.: «По условиям брачного договора Дарье Ананьевой перешли недвижимость и объекты искусства, бизнес же остался у Алексея Ананьева: акции «Техносерва» и Technoserv B.V., акции ПСБ. Рыночная стоимость доли имущества, оставшегося у Алексея Ананьева, в разы превышала стоимость доли, перешедшей его супруге». Адвокат Ананьева обещает оспаривать решение суда.

Дмитрий Ананьев
Дмитрий Ананьев
Дмитрий Ананьев также поделился имуществом со своей супругой — через месяц после начала санации банка, в январе 2018 г. Он передал акции основанной им девелоперской группы ПСН жене Людмиле, писал РБК со ссылкой на реестр компаний Кипра и решение Высокого суда Лондона. В июле 2018 г. Людмила Ананьева стала единоличным собственником Leryen Assets Ltd., которой до этого владела вместе с мужем. А через месяц Ананьева продала по 50% плюс 1 акция трех кипрских компаний, на которые оформлено 3 млн кв. м недвижимости ПСН. Контролирующими акционерами стали офшоры на Маршалловых и Сейшельских островах. Дмитрий Ананьев объяснял лондонскому судье, что передал их, так как хотел избежать препятствий, которые могли создать российские власти для ПСН «ввиду их недавнего вмешательства в дела Промсвязьбанка».

Деньги на дом

Евгений Бернштам
Евгений Бернштам
Доказать реальность своего соглашения о разделе совместно нажитого имущества предстоит совладельцу микрофинансовой компании «Домашние деньги» Евгению Бернштаму, признанному банкротом, и его жене Елене. В сентябре финансовый управляющий Бернштама подал заявление о расторжении заключенного в 2015 г. договора, говорится на сайте федресурса. Банкротство Бернштама вместе с «Домашними деньгами» инициировало в 2018 г. Агентство по страхованию вкладов (АСВ): оно является конкурсным управляющим банков, которым «Домашние деньги» не вернули кредиты. АСВ также просит суд привлечь Бернштама к субсидиарной ответственности. В отношении Бернштама заведено уголовное дело: он арестован по обвинению в мошенничестве.

Елена Бернштам год назад обратилась в Гагаринский районный суд с иском о разделе имущества: в первой инстанции суд удовлетворил требования частично, однако там не указан предмет спора и находятся ли супруги в браке или в разводе. В январе Бернштам с супругой находились в бракоразводном процессе, говорили «Ведомостям» один из его кредиторов и человек, близкий к «Домашним деньгам».

Телефон Елены Бернштам был недоступен в понедельник вечером, связаться с адвокатом Бернштама не удалось, представитель АСВ сказал лишь, что заседание суда назначено на 9 декабря.

Вернется — не вернется

Общий срок разворота таких соглашений — от года до трех лет, говорит партнер FMG Group Николай Коленчук: чтобы оспорить сделки четырехлетней давности, потребуется доказать, что признаки неплатежеспособности были уже тогда и действия Бернштама были направлены на сохранение активов от «длинных рук кредиторов». Если сделка не будет признана фиктивной, совершенной в целях сохранения активов от притязаний кредиторов, брачный договор устоит. Фиктивность в этом случае значит, например, если договор подписали, но фактически супруги продолжают распоряжаться и управлять имуществом совместно, — тогда договор признается ничтожной сделкой.

Шансы доказать реальность сделки у Бернштама есть, если он докажет, что супруги выполнили последствия раздела имущества, а также то, что Евгений не находился в период совершения сделки в состоянии банкротного (неплатежеспособного) состояния. При этом не важно, что банкротство было формально начато спустя три года после брачного договора, указывает Коленчук: если в ходе банкротства выяснится, что долги, которые спровоцировали это банкротство, образовались перед заключением соглашения, то суд удовлетворит желание управляющего оспорить сделку за рамками стандартного периода.

Супруги обязаны сообщить о заключении брачного договора кредиторам; если этого не сделать, должник будет отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора, отмечала партнер адвокатского бюро «Плешаков, Ушкалов и партнеры» Елена Якушева.

В результате заключения соглашения о разделе имущества кредиторам, скорее всего, не достанутся активы, переданные в собственность жене, на которые они могли бы претендовать, если бы такой сделки не было, говорит адвокат Forward Legal Данил Бухарин: поэтому, несмотря на то что сделка совершена до вступления в законную силу поправок в закон о банкротстве физлиц, ее можно оспорить как совершенную во вред кредиторам.

Основополагающее основание признания сделок недействительными — доказательство того, что их целью было причинение вреда кредиторам, отмечает арбитражный управляющий Евгений Семченко. Он напоминает о разъяснении Верховного суда в декабре 2018 г.: если до заключения брачного договора у одной из сторон был долг, то положения договора просто не подлежат применению, если же долга не было, то договор остается в силе. «Позиция ответчика в данном деле может быть такова: на момент заключения договора я никому не был должен и поэтому ничего не нарушал, — рассуждает Семченко. — Позиция истцов: пока ответчик руководил банком, он не мог не знать, что у банка могут возникнуть проблемы, иными словами — есть скрытая задолженность».

Drudge Report Рейтинг@Mail.ru

Compromat.Ru ® — зарегистрированный товарный знак. Св. №319929. 18+. info@compromat.ru