Компромат.Ru ®

Читают с 1999 года

Весь сор в одной избе

Библиотека компромата

к оглавлению # далее

Никогда он не был на Босфоре

Стамбульский саммит ОБСЕ в конце ноября 1999 года оказался для "кремлёвского пула" прощальной президентской поездкой Бориса Ельцина. Может быть, именно поэтому, теперь, когда я вспоминаю то время, все комические персонажи и анекдотичные подробности поездки в Стамбул кажутся мне исполненными какого-то эпического, законченного обаяния. Точно так же, как муравьишки и былинки, ненароком попавшие в янтарную бусинку, - все кремлёвские обитатели совершали самые обычные, земные, свойственные им, мелкие ежедневные телодвижения. До того самого момента, пока всех их не накрыла волна. И тогда они застыли в самых естественных для них, бытовых, незначительных позах. Которые, однако, благодаря убившему их янтарю, приобрели какую-то вечную внутреннюю подсветку и смысл.

* * *

Кремлёвский отдел аккредитации журналистов к тому времени уже окончательно превратился в какую-то турфирму. Нас вывезли в Стамбул почти на неделю.

На все мои трудоголические вопросы, зачем тратить на эту поездку столько времени, незабвенный Сергей Казаков (начальник кремлёвского отдела аккредитации) произнёс свою коронную, излюбленную фразу:

- Попрошу без фанатизма! Вы когда-нибудь бывали до этого в Стамбуле? Нет? Так вот: прекрасный город! Шопинг, дешёвые дублёнки, золото, Гранд-базар, туда-сюда! Расслабьтесь!

И мои подружки - Ленка Дикун, Танька Нетреба и Танька Малкина - пошли расслабляться. Налеты "кремлёвского пула" на Гранд-базар и другие оптовые рынки города Стамбула совершались ежедневно. Дурея от избытка свободного времени, каждая из моих товарок закупила уже по несколько дубленок разных цветов и размеров: сначала -себе, потом - мужьям, потом - матерям, а потом уже и малым детям. Потом - перекинулись на украшения.

Мне, клинически неспособной к массовому шопингу и толкучке на рынках, приходилось вечерами рассматривать их добычу и выслушивать "охотничьи" рассказы:

- Нам скидку в два раза сделали! Ты бы видела, как турки Нетребе эту курточку втюхивали! "Моделька!" - говорят. Мне кажется, ещё немного - и они бы ей это всё уже и за бесплатно отдали!

В общем, судя по количеству трофеев в номерах "кремлёвского пула", древний Царьград был разорён до основания.

* * *

Я развлекалась по-своему. Такого волшебного, свежайшего мороженого из молодых фисташек, как в маленькой кофейне на улице Истиклал рядом с Таксимом, я не пробовала ни в одной стране мира. Молоденькие французские спасатели (приезжавшие в Турцию разбирать завалы от землетрясения, случившегося накануне саммита), приходили в кофейню вместе со своей огромной поисковой бельгийской овчаркой и каждый вечер с любопытством наблюдали один и тот же аттракцион.

- Ну что, Трегубова, - ещё по одной? - подначивала меня Ленка Дикун после пяти съеденных порций.

- Нет, сначала еще горячего чайку "Earl Grey", иначе я сейчас превращусь в снеговика! - просила я официанта. Но через минуту все-таки раскалывалась. - Хорошо, а потом - ещё две порции мороженого!

В этот момент хозяин заведения обычно не выдерживал, начинал хохотать и приносил нам огромный чан с фисташковым мороженым:

- Our Compliments, my friends!

Приходилось делиться с бельгийской овчаркой.

* * *

Как же я обрадовалась, когда после этих дней мучительного безделья в Стамбул, наконец-то, приехала российская делегация! Я мёртвой хваткой вцепилась в Лёшу Громова (он был тогда ещё на технической должности главы пресс-службы) и потребовала, чтобы он немедленно организовал нам встречу с главой кремлёвской администрации Александром Волошиным. И Громов, который, как потом выяснилось, мечтал занять место тогдашнего президентского пресс-секретаря Дмитрия Якушкина, рьяно бросился исполнять мою просьбу.

Волошин поселился в том же отеле, что и Ельцин, самой красивой гостинице Стамбула - "Swiss Hotel Bosphorus", и вечером мы с удовольствием отправились к нему в гости.

В интерьере своего шикарного номера Волошин, почти насмерть заморённый годом кремлёвской борьбы за выживание, смотрелся как только что освобождённый узник Освенцима.

Ввалившиеся щёки стильно подчеркивались мумифицированно-жёлтым цветом лица, а при взгляде на его фигуру было не вполне понятно, на чём там вообще висит костюм.

Впрочем, сам Стальевич отчаянно, из последних сил, не подавал виду. Почти не шатаясь, он вышел к нам навстречу, бодро поздоровался со всеми за руки (холодной, как лёд, бескровной, мумифицированной рукой), и провёл к себе.

Вслед за нами в полуоткрытую дверь волошинского номера незаметно проскользнул несчастный президентский пресс-секретарь Дмитрий Якушкин, которого все журналисты тогда чморили. Пока мы рассаживались на волошинской кровати, пресс-секретарь прятался то ли в прихожей, то ли в уборной. И только когда мы уже начали разговаривать, он беззвучно шмыгнул в комнату и... - ко всеобщему изумлению - быстро полуприлёг на соседней кровати, на бок, картинно подперев голову ручкой. Словом, опершись локтем о гранит. В этой вальяжной позе "друзей круга Пушкина" наш кремлёвский "меланхолический Якушкин" так и провел безмолвно всю беседу.

Волошин же механически, как на подкосившихся ходулях, опустился рядом с изящным, раскрытым деревянным бюро, забитым уродливыми кремлёвскими циркулярами. Практически не дрожавшими пальцами он достал и зажёг сигарету. Которая вскоре, когда у него уже не хватало сил затягиваться и стряхивать пепел, начала красиво прожигать дорогое дерево.

Но в целом кремлёвский доходяга держался молодцом. После того как он удачно приземлился в кресло, последним, что его слегка выдавало, было лишь мерное, едва заметное кругообразное покачивание головы вместе с верхней частью туловища, вокруг собственной оси. Было такое впечатление, что сейчас глава администрации запоёт звук "ом". Присмотревшись к этим циклическим движениями, я вдруг поняла, что Волошин просто спит с открытыми глазами.

В какой-то момент он всё-таки попался.

На один из наших вопросов Волошин живо ответил:

- Ага.

- Чего "ага"? - удивленно переспросили девчонки.

- Угу... - пояснил Волошин. И продолжал сидеть, изображая, что не спит.

Глаза его то и дело как-то сами собой закатывались (точно так же, как если спящему зверю пробовать поднять веко), но он чудовищным усилием воли смаргивал и продолжал дарить нам рассредоточенный, сведенный даже не на переносице, а на вечности, мутный взгляд спящего Будды.

Малкина решила, что глава администрации просто устал говорить о политике и поэтому с ним надо срочно побеседовать о любви:

- Александр Стальевич, а вот скажите: а какие вам женщины нравятся?

- Тарелки, - сомнамбулически проговорил Волошин. Оказалось, что он отвечал на предыдущий вопрос, заданный Нетребой - про его хобби.

- Я в молодости раскрашивал тарелки. Разрисовывал, а потом сам обжигал. Красиво получалось.

- Неужели у вас до сих пор остались эти тарелки? Можете показать?

- Не-а. Все продал, - флегматично признался кремлёвский аскет. - Денег тогда не было, вот и продал.

Нетреба, которой редакция "Аргументов и Фактов" дала задание написать заметку о "человеческом аспекте" Волошина, взмолилась:

- Ой, Александр Стальевич! А расскажите, что вы вообще обычно делаете на досуге? Тут я уже не выдержала:

- Нетреба, да ты что, издеваешься над ним, что ли? Ну какой ему ещё досуг?! Ты посмотри на него!

Стальевич удивленно вскинул на меня закрывающиеся глаза и жалко улыбнулся:

- Слушай, а что - правда заметно, да? Я действительно уже неделю не спал...

* * *

Поняв, что пользы сейчас от Волошина - как от козла молока, мы оставили его отдохнуть, договорившись попозже вместе пойти поесть.

Несмотря на странноватую компанию, это был один из самых красивых ужинов в моей жизни. Потому что вид на Босфор из ресторана "Свисс-отеля" - просто офигительный. Да и закат в тот день был какой-то запредельный.

Впрочем, глава администрации всего этого не видел, потому что сидел рядом со мной спиной к окну. А сил вертеть головой у него не было.

Работа вилкой Волошину тоже давалась с трудом. И тем более уж он не мог координировать сразу два процесса: еду и речь. Поэтому вилка со спасительным кусочком пищи то и дело безвольно зависала где-то на полпути между волошинской тарелкой и его же ртом.

Фальшиво пытаясь синтезировать в одном флаконе стерву-журналистку и заботливую женщину, я проговорила:

- Александр Стальевич, вот доешьте, пожалуйста, этот кусочек. А потом объясните мне: НУ ВОТ ЗАЧЕМ ВЫ тринадцатого октября в третий раз внесли в Совет Федерации представление на увольнение Скуратова? Вам, что, мало двух раз позора было?! Что за мазохизм!

- А просто мне уже все по фигу было! - захихикал Стальевич. - Хуже уже быть не могло, а дожать их в психологическим смысле я был должен: я им просто показал, что они могут там сколько угодно сидеть упираться, - а я, если надо, ещё хоть сто раз, им назло, буду вносить увольнение Скуратова! И всё равно в конце концов дожму их!

После этого обещания Волошин даже немного поел. * * *

Душевную атмосферу ужина мне, правда, слегка подпортил сидевший напротив нас волошинский заместитель по международным делам Сергей Приходько. Политические темы его, похоже, вообще не волновали. И как только я выбиралась из-за стола, чтобы подойти к буфету и принести себе и Волошину чего-нибудь вкусненького, Приходько бросался за мной и, едва я отходила на несколько шагов от общего стола, с маниакальным упорством приставал:

- Лена, ну скажите мне: когда мы с вами встретимся в Москве?

- У вас ко мне какое-то дело, Сергей Эдуардович? - как можно более корректным тоном переспрашивала я.

- Неужели вы не понимаете, Лена! - горячился Приходько. - Я вас спрашиваю: когда мы с вами сможем встретиться наедине?

В какой-то момент эти дурацкие, водевильные домогательства так достали меня, что я не выдержала и при всех девчонках его пристыдила:

- Слушайте, Приходько, вы что - влюбились в меня?

- Да, и не скрываю этого! - нагло заявил внешнеполитический кремлёвский стратег.

- Тогда будьте любезны держать себя в руках и не приставать ко мне больше с этой вашей проблемой - вы же всё-таки серьёзный государственный чиновник, Сергей Эдуардович, отвечающий за лицо государства, - напомнила я под общий хохот коллег.

* * *

Тем временем Ельцин уже готовил свою скандальную стамбульскую речь о том, что западные страны "НЕ ИМЕЮТ ПРАВА упрекать Россию Чечнёй". Как признавался тогда в кулуарах Герхард Шредер, из-за непримиримой позиции России по Чечне саммит уже был на грани срыва. И даже российский министр иностранных дел Игорь Иванов обронил в неофициальной беседе, что "кое-кто уже сравнивал этот саммит с Карибским кризисом".

Закончился же для меня этот исторический саммит опять в "Свисс-отеле". Игорь Иванов, уже упаковав чемоданы, вышел в фойе гостиницы пообщаться с прессой.

- Отечественная дипломатия одержала победу, - провозгласил министр. - Потому что в Хартию европейской дипломатии не был вписан пункт о том, что нарушение прав человека "не является внутренним делом государства"...

В ярости от слов Иванова, я уселась неподалеку в кафе "Свисс-отеля", заказала себе чизкейк и, любуясь напоследок дневным босфорским пейзажем, принялась писать злобный репортаж. Тут зазвонил мобильный. Это была моя мама, только что посмотревшая в Москве по телевизору репортаж об итоговом брифинге Иванова.

- Знаешь, дочурка, о чем я хочу тебя попросить: ты, пожалуйста, у Иванова больше за спиной под телекамерами не стой, - на полном серьёзе заявила мне мама. - При твоём высоком росте это как-то слегка унижает российскую дипломатию...

Вот ровно такими все тогдашние ельцинские придворные и застыли навечно в стамбульской янтарной бусинке, припрятанной на дне моей диггерской сумки. Потому что через сорок дней, 31 декабря 1999 года, в момент объявления Ельцина об отставке, для всех них началась уже новая "жизнь после смерти".

А я с тех пор, каждый раз, оказываясь в Стамбуле, заезжаю в "Swiss Hotel имени Волошина" поужинать - в память об ушедшей ельцинской эпохе.

Кстати, через несколько месяцев, когда там произошел теракт, я, зайдя к Стальевичу "в гости" в Кремль, посетовала:

- Слушайте, наш босфорский Swiss Hotel-тo чуть не взорвали!

Он вопросительно на меня посмотрел:

- Какой Swiss Hotel?

Я стала напоминать ему про его "тарелки".

И тут Волошин расхохотался:

- Слушай, представляешь: а я ведь вообще ничего этого не помню! Знаешь, я тогда в таком состоянии был, что вообще ничего вокруг себя не замечал... Так что мне - что был в Стамбуле, что не был...

к оглавлению # далее

 

Другие материалы раздела:
Оглавление
📁 Мутантша Трегубова =>
Предисловие
1. Как меня вербовал Путин
2. Кремль с черного хода
2.1. Как я перешла Стикс
2.2. "Сам ты передаст!"
2.3. Опасные связи
2.4. Хорошая квартира
2.5. Турфирма "Президент и Ко"
3. Ельцин, живой и мертвый
3.1. Стокгольмский кошмар
3.2. Лучше бы пил и курил
3.3. Протоколы близнецов
4. Под знаком "Связьинвеста"
4.1. Аргентина - Ямайка
4.2. "Ну всё, ребята, вам п...ц!"
4.3. Kinder Surprise
5. Отцы и дети дефолта
5.1. Как я стала "антисемитом"
5.2. Кострома, mon amour!
5.3. Я уволила из Шабдурасулова
6. Дедушка старый, ему...
6.1. Юмашевская совесть
6.2. Ястржембский пишет имя
6.3. Кремлёвский полтергейст
7. Сумерки Кремля
7.1. Ельцин и мой дефолт
7.2. Ошибка природы
7.3. "Уё...ть отсюда! И поскорее!"
7.4. Разворот над океаном
8. Мой "друг" Володя Путин
8.1. Мальчишка с понтами
8.2. Папа ставит на фаворита
8.3. Верните Феликса
8.4. Путин кормил меня суши
9. Реанимация
9.1. Волошин починяет примус
9.2. Этикет мадам Степашиной
9.3. Лужкова преследовало имя
9.4. Под крышей "Системы"
9.5. Берёза "ПасаранЪ!"
9.6. Рома выбрал классное место
9.7. Лёгкий путинг
9.8. Он не был на Босфоре
10. Тень Победы
10.1. Ночь со Стальевичем
10.2. Валя потряс дом Нирнзее
10.3. Большой приём у Воланда
B1. Жидовка Трегубова
11. Легкая невыносимость бытия
11.1. Начало цензуры в Кремле
11.2. Спасти рядового Бабицкого
11.3. Выборы под Zемфиру
11.4. Кремлевская пресс-хата
11.5. Путин испортил мне Пасху
11.6. Приходько с приборчиком
11.7. Тяжёлая шапка Чубайса
11.8. "Весёленькие" похороны
11.9. "Пролетая над Таити..."
12. Кремлевская шизофрения
12.1. Источник с бородой
12.2. Дарёному Гусю в зубы...
12.3. Защита Путина
12.5. Гражданин кантона Ури
Динамо-машина им. БАБа
12.6. "Его посадили..."
12.7. Who is Vespucci?
12.8. Их ответ Чемберлену
12.9. Разгром
B2. Когда был Лесин маленьким
13. Метаморфозы
13.1. Мои друзья как они есть
13.2. С диггерским приветом!

Знаком '+' отмечены подразделы,
а '=>' - ссылки между разделами.

Drudge Report Рейтинг@Mail.ru

Реклама:
Борьба с блохами - eco-save.ru/. Компания EcoSave - дезинсекция в Москве и области.

Compromat.Ru ® — зарегистрированный товарный знак. Св. №319929. 18+. info@compromat.ru